– Стой! Куда?..
Снова суета, а потом звонкий удар и отборный Родин мат.
Надя заставила себя поднять голову, ее сердце, казалось, вот-вот разорвется от страха. Но тут в палатке показался Родя. Он сел у входа и зашикал на нее.
– Тихо, сиди, – сказал он шепотом, сгреб в кулак горсть снега и прижал к щеке. – Чтоб ее!
По его лицу расплывалось багровое пятно, от него валил пар.
– Чайником меня…
Трясущимися руками Надя стала шарить в аптечке.
– Куда она делась?
– Свалила в сторону водораздела. Скатертью дорожка!
Они сидели какое-то время молча и с ужасом глядели друг на друга.
Выстрел.
Всего один. Он раскатился по лесу и многократно отразился от гор. Родя вышел наружу.
– В лесу стреляли. Славка!
– Не ходи.
– Ты сиди тут. Не бойся, она не вернется.
– Родя, не ходи! – Надя чуть не плакала.
– Не бросать же его там, Надь. Не бойся, она тебя не видела.
– Она видела! Видела! Знала, что нас трое!
Родя взял свой рюкзак, натянул варежки и, уходя, снова приложил палец к губам и застегнул молнию входа.
– Тепло не выпускай, – шепнул он. – Я скоро.
Скоро так и не наступило. И Надя пыталась убедить себя, что поступает верно.
По лесу она шла в темноте. Фонарик не включала – свет мог выдать ее, поэтому полагаться приходилось на обострившееся зрение и на авось. Маршрут к институту она помнила смутно. Надя долго петляла между деревьев и уже почти уверилась, что заблудилась! Но когда она совсем выбилась из сил и застряла в снегу чуть ли не по пояс, из темноты выступил «Роксколл».
Белокаменный многогранник, как призрак, отражал слабый свет звезд. А когда Надя продралась через сугроб и подошла ближе, включилось слабое освещение по периметру – датчики среагировали на движение.
Научный институт казался настоящей крепостью – неприступной и таинственной. Стены и купол словно вытесаны из массивной глыбы льда. Здание обнесено бетонным забором с колючей проволокой. Надя поспешила к нему. Пробиралась медленно, с трудом переставляя ноги, пока не подошла к стене вплотную и не двинулась вдоль нее в поисках ворот по расчищенной снегоуборщиком дорожке.
Вскоре Надя наткнулась на глубокую колею. Казалось, что совсем недавно здесь прошли несколько машин. Следы от колес виляли из стороны в сторону, одна из машин, похоже, даже въехала в сугроб. Надя бросилась к охранному пункту. Ворота открыты, в будке охранника горит свет, но поблизости ни души.
– Э-эй! Есть тут кто? – закричала Надя. – Помогите мне!
Как только она прошла через ворота, резко погас свет. Надя обернулась и застыла, стала вслушиваться. Снег перестал, небо прояснилось, и из-за серой пелены облаков выглянул тонкий месяц. Она слышала только тихие завывания ветра, порывами носящегося между ущельем и постройками института.
«Это просто датчики движения. Я ушла из зоны их действия, вот свет и вырубился!» – Надя выдохнула и развернулась к крылечку главного здания. Конечно, ей сделают выговор за несанкционированное проникновение. Она неуверенно потянула дверь, ведущую в застекленный тамбур, та заскрипела и загрохотала.
Вдруг раздались треск и помехи. Надя не сразу поняла, откуда исходит звук, но потом услышала голос по рации:
– Что ты делаешь? Не входи.
Она обернулась и оцепенело уперлась взглядом в закрывающиеся ворота. Там стояла Тамара.
Надя без раздумий дернула дверь и с криками ворвалась в институт. Ее встретил необжитой холл, отделанный серым мрамором.
– Помогите! – прокричала Надя, но никто не отозвался.
«Этого не может быть! Это “Роксколл”, крупнейший научный комплекс на севере, известный на весь мир! Здесь полно людей! – Надя знала, видела порой, как сотрудники выходят кататься на лыжах по склону Академика Пятницкого, говорила со специалистами по рации, когда город требовал калибровать погодные установки. – Здесь не может быть пусто!»
Паника нарастала: Надя бежала по безлюдным коридорам. Научный институт напоминал больницу – то же холодное освещение, безжизненночистые лаборатории, в воздухе – запах лекарств. Надя хаотично распахивала двери – одну за другой, но нигде – ни души.
Она искала – может быть, здесь есть какой-то спальный этаж? Куда-то же все подевались? Это же «Роксколл»…
– Помогите, помогите! – лепетала Надя, уже мало соображая, что творит.
Свет замигал, Надя оглянулась. Она долго петляла по лабиринту коридоров и, кажется, оторвалась от Тамары. Но ведь наделала столько шума! Нет, Тамара ее найдет. Это она что-то делает со светом – Надя знала. Надо быть хитрее. И тише.
Она подошла к плану пожарной эвакуации. В левом крыле здания было большое помещение со множеством небольших отсеков – дормиторий.