Решение было принято. Роза выкатила тележку в коридор и заперла дверь. С каждым поворотом ключа в замке Маша практически физически ощущала всю безнадёжность своего положения. И вот она осталась в кабинете Гектора одна.
Первым делом она заперла ящик и убрала ключ под пепельницу. Теперь всё было так, как оставил Гектор. Потом Маша осела на пол. Когда первая волна адреналина откатила, девушка куда ярче почувствовала, как у неё гудят и покалывают ноги от стоп и до самого копчика. Маша вытерла вспотевшее лицо рукавом кофты и стала массировать свои ноги.
Часть 69
Когда Роза закрыла дверь, Маша ещё минуту прислушивалась к её удаляющимся шагам. Решив, что домработница уже не вернётся, Маша одним большим шагом скользнула к письменному столу Гектора и заперла ящик, в котором рылась до прихода Розы. Потом таким же быстрым движением убрала ключ обратно под пепельницу и осмотрела стол. Он выглядел нетронутым, никаких следов посторонних рук, не считая стёртой пыли, но тут уже к Маше это не имело никакого отношения. Наконец, девушка смогла выдохнуть и обессиленно осела на пол, скатившись спиной по шершавой стене.
Когда волна адреналина откатила, Маша взвыла. Она простояла за шторой в одном положении не больше двадцати минут, но все её мышцы были напряжены до предела, так что сейчас она особенно ярко почувствовала, как гудят и покалывают ноги от стоп до самого копчика. Маша вытерла вспотевшее лицо рукавом кофты и стала массировать ноги.
Она просидела на полу минут десять. Медленные, массирующие движения помогли привести мысли и тело в норму. Маша вернулась в реальность. Реальность, где она была заперта в кабинете человека, один вид которого вгонял её в ужас. Нужно было что-то решать.
«На двери нет внутренней щеколды, значит, чтобы запереть дверь изнутри, нужен ключ. А Гектор запирает дверь в кабинет, когда бывает здесь один. Значит… Значит. Он, конечно, может всегда носить ключ с собой, но возможно где-то здесь может быть запасной?»
Эта мысль подарила Маше чувство облегчения, внутри маленьким огоньком разрасталась надежда.
«Всё будет хорошо. Я выберусь. Надо только не паниковать и спокойно всё здесь осмотреть».
Девушка поднялась с пола, потянулась и оглядела кабинет. Неизвестно, как скоро вернётся Гектор, но хотя бы час в запасе точно должен быть, раз старик поехал на дружескую встречу.
Маша неспеша стала осматривать кабинет. Это была ещё и хорошая возможность поискать ещё какие-нибудь зацепки. К тому же отлично играло на руку то, что Роза стёрла всю пыль, а значит, можно было не бояться за оставленные следы.
За полчаса Маша пролистала все книги на полке и только сейчас заметила среди них толстый блокнот в переплёте из коричневой кожи. Маша раскрыла его на случайной странице. Там были заметки, часть слов на русском и часть, видимо, снова на греческом.
Пробегаясь взглядом по русским словам, Маша поняла, что в блокноте записаны рецепты то ли каких-то лекарств, то ли наоборот отравы, судя по рисунку черепа с костями. На одной из страниц она нашла запись о ритуале с сырым мясом и цветками, наверное, том самом, который Гектор совершал на могиле Ифиджинии. Были ещё записи про женщин, которые жили четыреста лет назад, они имели связь с духами и были в почёте у всего племени. Весь блокнот был заполнен подобными записями. Но как использовать эту информацию Маша не знала. И есть ли вообще в ней прок. На всякий случай, она сделала снимки нескольких, заинтересовавших её страниц, там где поняла часть текста, но не смогла увидеть картину в целом из-за незнания языка.
Вернув блокнот на место, она продолжила поиски ключа. В маленьком шкафчике на стене Маша нашла вязанки с неизвестной травой с терпким запахом. Затем ещё раз осмотрела письменный стол. Пошуршала рабочими документами, которые были сложены под прессом, и из-под самого низа стопки бумаг выудила слегка потрёпанный листок, на котором были записи от руки.
Маша поймала себя на мысли, что теперь, когда она делала всё не спеша, она была внимательнее и заметила то, что не смогла разглядеть в более стрессовых условиях.
Записи в найденном листе были похожи на список. И на этот раз всё было на греческом. В одной колонке аккуратным почерком теснились длинные предложения под пунктами «1, 2, 3 и т. д.», в другой были короткие фразы, написанные тем же, но более размашистым, будто торопливым почерком.
Этот лист показался Маше более интересным, поэтому его она тоже сфотографировала.
Вернув всё на место, она посмотрела на часы. В общей сложности она провела в кабинете полтора часа. Нужно было поторапливаться. Возвращались тревожные мысли: а вдруг никакого ключа нет? Но Маша упорно их отметала.