Она снова вздохнула. И на миг представила себе, каким был бы сэр Освальд, если бы он ничего не достиг — сэр Освальд, сохранивший все черты того веселого молодого человека, который служил в велосипедной мастерской. На одну только секунду ей подумалось, насколько приятнее для нее могла бы оказаться жизнь, не будь сэр Освальд приверженцем регулярности и методичности.
И, движимая понятной ассоциацией, она обратилась к Юле.
— Скажите, леди Эйлин, — спросила она, — вы довольны своим главным садовником?
— Макдональдом? Ну как вам сказать? — Юла замялась. — Трудно предположить, что им кто-нибудь может быть доволен, — извиняющимся голосом сказала она. — Но садовник он первоклассный.
— Да! Это я знаю, — согласилась леди Кут.
— Надо только все время ставить его на место, тогда он вполне сносный, — объяснила Юла.
— Наверное, — вздохнула леди Кут.
Она с завистью смотрела на Юлу, которой, по-видимому, с легкостью удавалось ставить Макдональда на место.
— Да, у вас здесь что ни сад, то конфетка. Обожаю шикарные сады, — мечтательно протянула графиня.
Юла уставилась на нее, но тут их уединение было нарушено. В гостиную со странной поспешностью вошел Джимми Тесиджи и обратился прямо к Юле:
— Слушай, может, ты посмотришь эти гравюры. Тебя ждут.
Юла быстро встала и, сопровождаемая Джимми, вышла из гостиной.
— Какие еще гравюры? — спросила она, как только они оказались за дверью.
— Да нет никаких гравюр, — ответил Джимми. — Просто мне надо было что-то придумать, чтобы извлечь тебя оттуда. Пошли к Биллу. Он ждет в библиотеке. Там сейчас никого нет.
Билл шагал взад и вперед по библиотеке и, судя по всему, был очень озабочен.
— Послушай! — воскликнул он. — Мне все это не нравится.
— Что тебе не нравится?
— То, что ты ввязалась в эту историю! Держу пари, сегодня здесь будет шум, и тебе…
Он посмотрел на Юлу с таким трогательно огорченным видом, что у нее сразу потеплело на душе.
— Ей нужно держаться подальше от всего этого, правда, Джимми? — обратился он за поддержкой к другу.
— Я ей говорил, — согласился Джимми.
— Черт побери, Юла, ведь тут и прихлопнуть кого-нибудь могут!
Юла круто повернулась к Джимми:
— Что ты ему рассказал?
— Да все.
— Я пока еще не уяснил, — признался Билл, — как ты попала в этот клуб «Семь Циферблатов», ну, и все прочее. — Он снова посмотрел на нее умоляюще. — Слушай, Юла, как бы мне хотелось, чтобы ты это бросила.
— Что это?
— Ввязываться в такие дела.
— Да почему же? — возразила Юла. — Это так интересно!
— Интересно! Ну еще бы! Только может стать чертовски опасно. Вспомни беднягу Ронни.
— Да, — сказала Юла, — если бы не ваш бедняга Ронни, я бы вряд ли, как ты выражаешься, «ввязалась» в эту историю. Но дело сделано. И нечего нести всякую чепуху. Уже поздно.
— Я знаю, Юла, что ты молодчага, не сробеешь, не подведешь, но…
— Ну хватит комплиментов. Составим лучше план действий.
К удовольствию Юлы, Билл встретил ее предложение одобрительно.
— Вы были правы насчет изобретения, — сказал он. — У Эберхарда, вернее, у сэра Освальда, здесь с собой какие-то чертежи. Это эберхардовское открытие прошло испытания на заводах сэра Освальда. Разумеется, совершенно секретно и все такое прочее. И Эберхард там присутствовал. А сейчас они все в кабинете, как говорится, доходят до сути вопроса.
— А сколько здесь пробудет сэр Стенли Дигби? — спросил Джимми.
— Завтра утром он уезжает в Лондон.
— Ха! Тогда ясно одно, — сказал Джимми. — Положим, сэр Стенли увозит эти чертежи завтра в Лондон. Значит, если что-то затевается, то это случится сегодня ночью.
— Да, наверняка.
— Можете не сомневаться. Таким образом, время удобно ограничивается. Но нам надо как следует пошевелить мозгами. Надо представить себе все в подробностях. Во-первых, где сегодня спрячут заветные бумаги? У Эберхарда или у сэра Освальда?
— Ни там, ни там! Полагаю, сегодня вечером их вручат министру авиации, чтобы он увез их утром в город. И тогда ночью они будут у О’Рурка. Наверняка.
— Ну, в таком случае остается одно: если мы считаем, что кто-то попытается слямзить бумаги, нам с Биллом придется сторожить всю ночь. Вот так-то, Билл, мой мальчик.
Юла открыла было рот, будто собиралась заговорить, но тут же его закрыла.
— Да, кстати, — продолжал Джимми, — я правильно понял, что внизу, в холле, дежурит наш старый приятель Лестрейд из Скотланд-Ярда или это швейцар из магазина Херродса?