— Тоже вполне возможно, — сказал сэр Освальд. — А что, это имеет какое-то значение, суперинтендант?
— Действительно, Баттл, — подхватил Джордж, — разве это так уж важно?
— Может быть, и нет, мистер Ломакс. Но мы любим представлять себе все точно. Не согласится ли кто-нибудь из вас, джентльмены, взять этот пистолет и бросить его? Может быть, вы, сэр Освальд? Будьте так добры. Стойте там, где вы стоите, — у окна. А теперь постарайтесь забросить его на середину лужайки.
Сэр Освальд повиновался и, широко размахнувшись, швырнул пистолет в окно. Джимми Тесиджи, замирая от любопытства, придвинулся ближе. Суперинтендант, как хорошо натасканная охотничья собака, устремился за пистолетом. Вернулся он, весь сияя.
— Все правильно, сэр. И вмятина точно такая же. Но вы, между прочим, метнули пистолет на целых десять ярдов дальше. Оно и понятно. Вы человек физически очень сильный, верно, сэр Освальд? Извините, мне показалось, что кто-то стоит за дверью.
Должно быть, слух у суперинтенданта был гораздо острей, чем у других. Никто ничего не услышал, а между тем Баттл оказался прав — за дверью стояла леди Кут, держа в руках склянку с лекарством.
— Вот твои капли, Освальд, — сказала она, входя, — ты забыл выпить их после завтрака.
— Мария, я занят, — отмахнулся сэр Освальд, — не надо мне никаких капель.
— Если бы не я, ты бы вообще никогда их не принимал, — смиренно проговорила леди Кут, приближаясь к мужу. — Ты совсем как шалун-мальчишка. Ну выпей, пожалуйста.
И всемогущий стальной магнат покорно и терпеливо проглотил лекарство.
Леди Кут оглядела присутствующих с грустной милой улыбкой.
— Я вам помешала? Вы очень заняты? О Боже, револьверы! Какие мерзкие опасные штуки! От них столько шума! Подумать страшно, Освальд, ведь сегодня ночью этот грабитель вполне мог убить тебя.
— Вы, наверное, очень встревожились, леди Кут, когда заметили, что вашего мужа нигде не видно? — сказал Баттл.
— Сначала я об этом не подумала, — призналась леди Кут. — Ведь этот бедный юноша, — она показала на Джимми, — оказался ранен. И все было так страшно, прямо дух захватывало! Так что пока мистер Бейтмен не спросил меня, где сэр Освальд, я и не вспомнила, что за полчаса до того он вышел пройтись.
— Не спалось, не так ли, сэр Освальд? — спросил Баттл.
— Обычно я сплю прекрасно, — ответил сэр Освальд. — Но должен признаться, что прошлой ночью никак не мог успокоиться. Вот я и решил, что полезно будет подышать ночным воздухом.
— Наверное, вы прошли на террасу отсюда?
Показалось суперинтенданту или сэр Освальд на самом деле поколебался, прежде чем ответить?
— Да.
— Господи! И в одних легких туфлях! — воскликнула леди Кут. — Надо было надеть ботинки на толстой подошве. Что бы ты делал, если бы я за тебя обо всем не думала?
Она сокрушенно покачала головой.
— Мария, если ты не возражаешь, оставь нас, нам еще многое надо обсудить.
— Понимаю, дорогой, понимаю. Я ухожу.
И леди Кут удалилась, неся пустую склянку, словно кубок, в котором только что поднесла жертве смертельный яд.
— Что ж, Баттл, — начал Джордж Ломакс, — кажется, все уже ясно! Преступник выстрелил, ранил мистера Тесиджи, отшвырнул оружие, пробежал по террасе и выбежал из сада по подъездной аллее.
— Где его должны были схватить мои люди, — закончил Баттл.
— Ваши люди, да будет мне позволено заметить, проявили себя крайне нерасторопными. Они даже не заметили мисс Уэйд, когда та появилась на террасе. Если они прозевали ее, то и убегающего преступника им прозевать ничего не стоило!
Суперинтендант хотел было возразить, но передумал. Джимми Тесиджи следил за ним с любопытством. Он дорого бы дал, чтобы узнать, о чем думает суперинтендант Баттл.
— Видно, наш вор — чемпион по бегу, — вот и все, что позволил себе сказать представитель Скотланд-Ярда.
— Что вы имеете в виду, Баттл?
— Только то, что говорю, мистер Ломакс. Ведь мне, чтобы выскочить из-за угла террасы после выстрела, потребовалось секунд пятьдесят, не больше. А он за это время успел пробежать полтеррасы мне навстречу и скрыться за поворотом аллеи, я даже его следов не увидел, поистине, он должен быть чемпионом по бегу.
— Я совершенно не понимаю вас, Баттл! Видимо, у вас есть какие-то соображения, но я никак не могу их… э… уловить. Как вы только что говорили, преступник не мог пробежать через лужайку, а теперь намекаете… хотя позвольте, на что вы, собственно, намекаете? Что преступник не бежал по аллее? Но тогда скажите, пожалуйста… куда же он делся?