— Это замечательно, но расскажи мне лучше обо всем за ужином. Мне нужно закончить кое-какие дела, — перебил ее отец и вновь скрылся за дверью кабинета.
Элизабет поднялась в свою комнату. Она осталась точно такая же, какой и была. Даже запах тот же. На стене все еще висит картина, которую она нарисовала в шесть лет. Сейчас Элизабет даже примерно не сказала бы, что на ней изображено. Просто какие-то красочные разводы, но тогда ей и ее родителям этот рисунок казался самым красивым в мире. Сев на кровать, Элизабет начала сомневаться, а уезжала ли она вообще. Все такое родное, знакомое, старое. В спальне было видно, что ее убирали, но ничего не меняли местами. Интересно, а родители сюда заходили?
Ровно через час Дороти оповестила всех о готовности ужина. Элизабет с отцом спустилась в столовую, где увидела накрытый стол. Он был рассчитан лишь на двух людей. Это было так необычно. Элизабет привыкла есть с другими девушками из школы. Но на двух людей она не рассчитывала не только поэтому.
— А мама есть не будет? — задалась вопросом Элизабет, садясь за стол. Отец сел напротив. Слуга тут же наполнил его бокал вином.
— Она ест в комнате, — ответила Дороти, — я отнесу ее поднос.
Элизабет тоже предложили вина, но она отказалась.
— Вот теперь я готов слушать тебя очень внимательно. Что ты можешь мне рассказать? — с готовностью сказал отец.
Весь ужин Элизабет и мистер Конли обсуждали ее учебу в школе и его работу. Девушке очень хотелось спросить про маму, но она помнила предостережение Дороти и молчала. А отец делал вид, что ничего такого странного не происходит. Словно миссис Конли всегда пряталась в своей комнате и никогда ее не покидала.
Любопытство съедало бедную девушку, и она еле дождалась окончания ужина, чтобы пойти в комнату Дороти. Женщина уже ждала молодую госпожу там. Пока слуги прибирались на кухне, а мистер Конли писал письмо мистеру Джеймсу, Элизабет и Дороти сидели за маленьким столиком и разговаривали.
— Здесь трагедия произошла, — признала женщина поникшим голосом. — Ваша мать, госпожа Конли, была беременна во время вашей учебы. Мы ожидали пополнения, но в самый важный день произошло самое ужасное. Ребенок родился, но был уже мертв. Я сама принимала роды, пока ваш отец бегал за врачом. Была ужасная погода, и он не доверился ни одному слуге. Я делала все, что в моих силах, но младенца уже нельзя было спасти. Узнав об этом от меня, ваша мать отказалась кого-либо пускать к себе. Она поговорила лишь с господином. Бедный врач, прибыв сюда, был тут же выставлен за дверь. Миссис Конли с тех пор не выходит из комнаты и почти не разговаривает. Я приношу ей еду, но она просит оставлять ее за дверью. Сегодня я специально не стала уходить далеко, чтобы посмотреть, как она заберет поднос. Знаю, плохо так говорить, но выглядела она ужасно. Похудела, осунулась, глаза уставшие и словно пустые. Она была похожа на привидение.
Элизабет слушала все это очень внимательно и ждала, когда ей можно будет задать вопрос, который назрел еще в начале рассказа.
— Но почему же ни отец, ни мать не рассказали мне о ребенке. Я получала от них столько писем, но нигде не было ни слово о беременности.
— Знаю, они не хотели говорить. Хотели сделать вам сюрприз. Думали, вы вернетесь, а здесь вас уже встретит ваша сестра. Это была девочка.
Все, что девушка узнала из этой короткой беседы с экономкой, еще долго не давало ей покоя. Элизабет не могла уснуть той ночью. Она все размышляла, лежа в кровати. Думала, о своих родителях, о той боли, что они пережили, пока ее не было рядом. Думала о своей не родившейся сестре. Элизабет не плакала, но ощущала ком в горле. Ей было не по себе. В доме стоял траур, но его скрывали. Все вели себя как обычно. Кроме ее матери. Женщина одна несла эту ужасную ношу. Только она принимала реальность и не отворачивалась от нее. А Элизабет не знала, что ей делать. С одной стороны Элизабет, скорее всего, не должна была знать об этом трагедии, а значит, и переживать не должна. Все притворяются ради нее. Но, с другой стороны, она не могла просто отвернуться о того, что случилось. Это была ее сестра. Родная сестра. Ее мать потеряла ребенка. Это одна из самых ужасных вещей, что могут произойти с любой женщиной.