Перед ней с потолка сорвалось очередное перекрытие, она отпрыгнула и закричала. Телефон выпал из ее рук и полетел в дыру ведущую в темное никуда. Оливия выругалась, но продолжила пробираться вперёд. После очередного дверного проема она попала в маленькое помещение, сделанное в основном из железных перекрытий и стёкол, вокруг на небольших стойках стояли горшки, некоторые из них были разбиты, другие пусты или заросли сорняками и травой. В конце оранжереи была маленькая дверь, ведущая на улицу. Оливия побежала, она надеялась, что стеклянная конструкция, простоявшая столько времени почти в первозданном виде, сможет выдержать и эти внезапные разрушения, и девушка не будет похоронена под толщей стекла.
Она была уже совсем близко к выходу, как услышала звон разбивающегося стёкла, оранжерея не выдержала, окна пошли трещинами и стали разваливаться на мелкие кусочки, Оливия ускорилась. Схватилась за ручку двери, и что есть сил дернула, дверь распахнулась, и девушка почти вылетела на траву. За ее спиной послышался звук осыпающихся осколков.
Оливия встала, отряхнула джинсы, которые за время этого приключение уже приобрели несколько пятен от кирпичной крошки, а на коленях красовались два зелёных от столкновения с травой.
Подняв рюкзак, она посмотрела на дом, тот продолжат рушиться. Она смотрела как опадает крыша, как под ее тяжестью обваливаются этажи, поднимая клубы кирпичной пыли. Оливию так заворожил этот процесс, что она совершенно не заметила, железную балку крыши оранжереи опасно наклонившуюся вперёд под весом напирающего здания, и через секунду с дребезжащим звуком полетевшую прямо в Оливию. Она не успела бы отбежать, неминуемое столкновение с холодной сталью готовило ей не самую быструю и очень болезненную погибель. Она наблюдала за падением балки словно в замедленной съемке, сквозь оцепенение, она услышала какой-то крик и в неё врезалось что-то тёплое, Оливия отлетела, ударилась спиной о каменный забор и отключилась. Последнее, что она успела увидеть перед этим - мужчину в капюшоне, который бежал к ней и балку, торчащую из земли.
Неожиданность третья. Адам, вдовицы и хрыщ.
Оливия стояла в плотной вязкой темноте. Вокруг нее перешептывался, двигался, дышал и смеялся мрак. Словно живое существо он тянул к ней свои лапы, обвивался вокруг талии, щекотал шею, трогал ее волосы.
Девушка попробовала пошевелиться, ничего не вышло. Ноги и руки не слушались. Ее затошнило, во рту появилась горечь. Она закашлялась, и тяжело и быстро задышала. Паника. «Я умру» - первая связная мысль, собравшаяся из обрывков и клочков спутанных переживаний. – «Или быть может я уже умерла». Дышать становилось все сложнее, Оливия хватала воздух ртом словно она тонет. Темнота вокруг ликовала!
Она не переставала пытаться пошевелиться, старалась заставить сдвинуться хотя бы кончик пальца, но ничего не выходило.
Темнота дотронулась до ее щеки. Оливия закричала. Беззвучно. Темнота засмеялась, но смех быстро и неожиданно прервался. Что-то разрезало тьму надвое. Яркий золотой луч. Оливия зажмурилась. Свет нарастал с каждой секундой, заполняя все пространство собой.
Она снова смогла двигаться. Закрывая глаза руками от ярких всполохов, всматривалась вперед. Кто-то стоял в лучах света, направляя его. Оливия разглядела неясный силуэт. Хотела сделать шаг ему на встречу, но пространство под ее ногами развеялось, и она упала в пустоту.
Очнулась лежа на траве. Перед ее глазами простиралось голубое небо с неспешно плывущими кучерявыми облаками. Все тело онемело, и Оливии с трудом удалось поднять руку, чтобы вытереть слёзы. Через пару мгновений осознания, что все закончилось, она со стоном приподнялась на локтях и осмотрелась.
Вокруг неё был лес, он шумел от легкого ветра, раскачивающего хвойные кроны. Мелкие птицы, перепрыгивая с ветки на ветку звонко трещали, оживляя солнечный летний день. Недалеко шумел ручей, впадающий в небольшое озеро, обрамленное порослью камыша.
Оливия выпрямилась и потерла лицо руками. Видение не исчезло. Она посмотрела на свои руки: кто-то перевязал ей кисть, которая нещадно болела при каждом движении и локоть.
В глазах поплыло. Оливия мотнула головой, и постаралась сфокусироваться. Логически размышлять мешала тупая головная боль, ощущение огромной бетонной плиты, невыносимо давившей на черепную коробку. В глазах заплясали серебряные звездочки.
Просидев некоторое время уставившись в одну точку, ей все же удалось избавиться от немногих симптомов. Решившись подняться на ноги, она оперлась и попыталась встать. Острая боль в левой руке, заставила ее поморщиться. Через еще несколько мгновений мучений и попыток поднять тело на непослушные ватные ноги, Оливия смогла. Покачиваясь так, словно она находиться на палубе яхты в открытом море, она сделала шаг вперед. Успешно, по крайней мере ей так показалось.