- Извините, госпожа Рамос. Я шёл из столовой и случайно услышал, о чем шла речь в гостиной. Мне очень жаль моего господина, и я знаю какой непреклонный у него характер. Сегодня, когда я ездил в аптеку за лекарствами, я увидел объявление какого-то приезжего доктора. Аптекарь сказал, что это молодой человек, с опытом, он приехал в наш городок несколько дней назад и, судя по всему, собирается заниматься частной практикой. Больше я о нем ничего не знаю. Но, возможно, вам стоит пригласить его в усадьбу. Ещё раз простите за дерзость.
Эмилия с удивлением посмотрела на него. Она не ожидала, что в их маленький городок может приехать молодой специалист. И эта новость была ей неизвестна. Впрочем, если учесть какой уединенный образ жизни она ведет, в этом не было ничего удивительного. В задумчивости она провела рукой по волосам, задержалась на одной пряди, и стала её накручивать. Эта привычка была у неё всю жизнь, сколько она себя помнила.
- Спасибо, Адриан. Да, ты прав. Мы должны использовать все возможности. Ты знаешь, где он остановился? Сможешь пригласить его к нам?
- Да, госпожа. Я сейчас же за ним отправлюсь! Он снял себе небольшое помещение у аптекаря. И оно находится там совсем недалеко.
Новый доктор
Новый доктор.
Вильям оглядел своё новое пристанище. Это было небольшое жилое помещение, включающее в себя две светлые комнаты, объединенные общим коридором. Одна из комнат, в которой он сейчас находился, совмещала спальню и гостиную. Другая была отведена под небольшую столовую, но Вильям решил использовать её как приемную для посетителей. Также в его распоряжении был огороженный кусочек сада, где стоял столик и два садовых стула, оттуда же был спуск в подвал.
Когда Вильям приехал в этот город, он имел лишь примерный план действий, цель его не была достаточно сформирована. Она обрывалась на стремлении взглянуть в лицо женщине, которая смогла за деньги продать своего безобразного ребенка. Ступив на пыльную дорогу, ведущую в центр города, было решено в первую очередь обратиться за помощью в местные аптеки. Таковые встретились на его пути всего две. На первой был железный засов, а во второй его радушно принял её владелец мистер Джеймс Хопкинс. Это был тщедушный мужчина, чрезвычайно худого телосложения. По наклону его туловища, и характерным складкам вокруг рта, Вильям сразу предположил, что Хопкинс страдает от гастрита, либо язвы желудка. И про себя уже решил, что непременно постарается ему помочь справиться с этим неприятным недугом. Супруга мистера Хопкинса, напротив, была очень пышнотелой и румяной. Когда супруги стояли рядом друг с другом, складывалось забавное впечатление, что Роза Хопкинс ест за себя и своего суженого. К счастью, у неё тоже был очень милый характер. Сей факт подтвердился тем, что по прошествии не более двадцати минут после заселения, она стояла на пороге с тарелкой дымящихся вафель с абрикосовым джемом.
У Вильяма было совсем немного денег, которых хватило оплатить только два месяца аренды. Признаться, Вильям совсем не видел своего будущего по истечении этого времени. Но, он рассчитывал заработать немного денег, оказывая медицинскую помощь нуждающимся в лечении.
И сейчас, когда по прошествии четырех дней его пребывания здесь, раздался первый стук в дверь приемной – это было расценено Вильямом, как большое везение. Тем более, его приглашали к больному в крупную усадьбу, что сулило неплохой заработок. Служащий данной усадьбы, который за ним приехал, очень просил поторопиться, в общих чертах обрисовав ситуацию. Вильям немного волновался, так как обычно имел дело с сельскими небогатыми жителями. Он впопыхах собирался, стараясь не забыть взять с собой все инструменты и лекарства, которые могут ему понадобиться. У Вильяма был всего один приличный костюм, и данный случай обязывал в него облачиться. Он очень выгодно подчеркивал достоинства его фигуры, а завершением образа стали кожаные ботинки, которые, если можно так сказать, достались в наследство от Брендона Смолла. Вильям заметил, что произвел нужный эффект своим внешним видом на конюха, который ждал его на улице возле дома. Адриан взял увесистый саквояж доктора, и помог ему разместиться в кэбе.
Пока кэб мчал их по ухабистым дорогам, Вильям разглядывал в окошко окрестности. Он любил осень, и каждый раз с трепетом и предвкушением ждал от неё каких-нибудь перемен. Для него она была не просто временем года, осень для Вильяма была как весна для всего остального живого мира. Это было время обновления, время, когда природа сливалась в унисон с его внутренним состоянием. Приятно было грустить и думать вместе, когда шёл дождь. Вертеть в руке огненно-красные листья, такие красивые и нарядные в конце своего существования, в очередной раз, восхищаясь задумкой Создателя. Словно эти последние дни были целью всей их короткой жизни, и они кричат всему окружающему миру – самое главное вас ждет в итоге!