Алисия
Алисия привыкла проводить свои вечера на кухне, распивая чай с милой тетушкой Мэри. Где та давала ей наставления, ласкала, журила за небольшие проступки и просто много и весело болтала. Этот небольшой уголок для прислуги заменял ей очаг её родного дома, из которого она так недавно выпорхнула, не зная жизни, которая её окружает. Она была старшим ребенком в семье, в которой воспитывались и росли семеро детей. Её четыре милых сестрички и два озорных братика она вынуждена была покинуть. В доме родителей на нее ложилось много ответственности, в том числе по уходу за младшими ребятишками, и с самого юного возраста она привыкла трудиться с раннего утра и до позднего вечера. Сейчас по той же причине – нужде в её помощи, только теперь материальной, она была устроена служанкой в усадьбу господ Рамос.
Иногда к вечерним посиделкам присоединялись другие обитатели усадьбы. Старичок Джон был очень мил, хоть и придавал всегда своему лицу строгое выражение. Адриан был хорошим деревенским парнем, и все почему-то заочно их уже сосватали. Алисия чувствовала его симпатию к себе, её сложно было не заметить. Но его ухаживания и знаки внимания либо просто смешили её, либо злили. И она не могла воспринимать его всерьез. Это очень огорчало Адриана, но он не терял надежды, подбадриваемый мнением своего окружения. В те дни, когда Кэти снисходила до чашки кофе в их обществе, Алисия старалась найти причину быстрее удалиться в свою комнату, и коротала остатки вечера за чтением романа, а у тетушки резко начинала болеть голова. Всё потому, что Кэти, казалось, была пропитана ядом. Она брызгала им направо и налево, и не стеснялась отпускать злые шутки, в основном, в адрес их госпожи, Эмилии Рамос.
Сегодняшний день отличался от других, и вместо того, чтобы сидеть с чашкой крепкого ароматного чая в одной руке и кусочком сахара в другой, Алисия лежала на своей кровати и смотрела в потолок. Она умышленно не стала зажигать свет, чтобы никто её не беспокоил, и не мешал разбираться со своими мыслями. В доме творилось что-то неординарное, как будто в воздухе завис топор, и никто не знает - в какой момент он опустится. Физически было тяжело дышать, все ходили угрюмые и молчаливые, и даже в скупых глазах Кэти сегодня блестели две слезинки.
Однако… Алисия улыбалась. Казалось, никаким обстоятельствам не под силу было стереть с её лица эту идиотскую улыбку. Она жила своей самостоятельной жизнью, и не поддавалась ни на какие уговоры. Алисии становилось стыдно, когда она сознавала, что такое её настроение совсем неуместно, но ничего не могла с собой поделать. Эта улыбка зародилась сегодня вечером, согретая взглядом янтарных глаз. Алисия открылась новому чувству, сдалась без всякого боя, отважно шагнув в пропасть неизведанного. Сейчас она будто парила в невесомости, у неё не было ни усталости, ни аппетита, ни даже потребности во сне. Она не чувствовала своих конечностей, ходила механически и совершала ежедневные ритуалы по привычке. Она не смогла сказать бы какой сейчас час, и какой день недели. Всё это стерлось из её сознания, как что-то несущественное. Даже о своей семье в первый раз за всё пребывание здесь, она сегодня ни разу не вспомнила. Единственное, в чём она была уверенна, и чего страстно желала – это снова увидеть его, хоть мимолетно, такие серьезные и глубокие глаза. Она боялась в них утонуть, но точно знала, что кинулась бы в этот омут без оглядки.
Ночь пролетела незаметно, Алисия заснула внезапно, словно потеряла сознание. И почти сразу очнулась от настойчивого стука в дверь. Тетушка увещевала свою крестницу поторопиться - Кэти в чём-то требуется её помощь, и ещё перед завтраком Алисии нужно успеть проверить камин в спальне господина Рамос, и оставить у него комплект чистых простыней. Алисия потянулась на кровати, удивительно, она совсем не чувствовала усталости, а губы снова растянулись в улыбке.