Спустя примерно полчаса я вернулся к джипу и включил мотор. Ворона, все еще сидевшая на валуне, каркнула и полетела над дорогой в ту сторону, куда уехал фургон голландца. Я же повернул в другую сторону и поехал обратно к Чжонгба, петляя по узким проселкам и надеясь объехать стороной главную дорогу, проходившую мимо ресторанчика. Преодолев еще несколько миль, я поднялся на перевал у вершины холма. Здесь я сбросил газ. Джип медленно преодолел перевал, и передо мной открылась панорама шоссе, тянущегося до самого горизонта.
То, что я увидел впереди, вызвало у меня шок. Там, всего в полумиле отсюда, я заметил армейский блокпост и человек пятнадцать солдат. Мало того, я насчитал четыре огромных грузовика и два джипа, наполненных солдатами. Вся эта армия быстро приближалась ко мне.
Мигом развернувшись, я погнал свой джип в Обратную сторону, надеясь, что китайцы меня не заметили. Я понимал, что самое лучшее для меня— попытаться скрыться от них. Я убедился, что мне надо держать курс на запад, а затем свернуть на юг и далее — на восток. Может быть, мне удастся найти объездные пути и тропинки, по которым я смогу добраться в Лхасу.
Стрелой пронесшись по центральной улице городка и миновав несколько проселков, я направился на юг. Выписав длинную кривую, я убедился, что сбился с дороги. Поэтому мне пришлось вернуться на шоссе. Не успел я затормозить, как в каких-то ста футах перед собой увидел еще один китайский блокпост. Там дежурило множество солдат. Я отчаянно свернул на обочину, изо всех сил давя на тормоза, затем соскользнул с сиденья на пол.
«Ну и что же теперь? — подумал я. — Неужели тюрьма? Но что они могут мне еделать? Уж не считают ли они меня шпионом?»
Через несколько мгновений я заметил, что китайцы никак не реагируют на мое появление, хотя я остановился на обочине и меня было видно издалека. Мимо меня тянулась вереница старых повозок, машин, велосипедистов и пешеходов. Солдаты останавливали их, проверяли документы и пропуска; некоторых они даже обыскивали. Но на меня они не обращали абсолютно никакого внимания.
Взглянув направо, я заметил, что остановился как раз напротив проезда, ведущего к небольшому каменному домику, видневшемуся в нескольких сотнях футов от меня. Слева от домика была лужайка, поросшая некошеной травой, а позади него виднелась какая-то улица.
В этот момент меня обогнал огромный грузовик. Остановившись впереди меня, он закрыл от моих глаз блокпост. Спустя еще мгновение синий «лендровер-тойота», за рулем которого сидел белокурый мужчина, обогнал грузовик. Я услышал громкую речь (говорили по-китайски), затем — крики. Видимо, «лендровер» намеревался подъехать к блокпосту, но солдаты остановили его и окружили. Хотя я не мог видеть происходящего, я слышал, как они громко и сердито говорили что-то по-китайски, а европеец полуиспуганно отвечал им по-английски с заметным голландским акцентом.
— Нет-нет, прошу вас, — сказал он. — Извините, пожалуйста. Я турист. Вот, посмотрите, у меня есть специальное разрешение на проезд по этой дороге.
Подъехал еще один автомобиль. Сердце у меня так и запрыгало. Это был тот самый китайский офицер, которого я совсем недавно видел у ресторана. Когда его машина поравнялась с моим джипом, я пригнулся пониже на сиденье.
— Дайте-ка мне ваши документы! — обратился он к голландцу на безукоризненном английском.
Слушая их разговор, я заметил справа от себя нечто странное и выглянул из окна машины, пытаясь понять, что же там происходит. Проезд к дому буквально утопал в слабом золотистом сиянии, точно таком же, какое я видел в горах, когда мы с Инем были вынуждены бежать из Лхасы. Да, это дакини.
Мотор джипа был включен, и мне оставалось только свернуть вправо, к этому проезду. Затаив дыхание, я подъехал к домику и, проехав прямо через лужайку, выбрался на соседнюю улицу и повернул налево. Через милю с небольшим я опять повернул влево, удаляясь от городка в северном направлении по шоссе, по которому я уже проезжал. Минут через десять я вернулся к тем же каменным глыбам, не зная, как быть дальше. В этот момент я услышал над дорогой, ведущей на запад, воронье карканье. И я не раздумывая повернул туда, решив ехать до тех пор, пока это окажется возможным.
Дорога шла круто в гору до самого перевала, а затем спускалась в длинную долину, окруженную скалистыми кручами. Проехав несколько часов, я заметил, что начинает смеркаться. Вокруг не было ни машин, ни пешеходов; даже дома по сторонам почти не попадались мне. Еще через полчаса совсем стемнело, и я заметил узкую, мощенную гравием дорогу, вьющуюся справа от меня. Я сбавил газ и огляделся. У обочины дороги мои глаза наткнулись на что-то. Это нечто напоминало одежду.