Пережитое все еще не давало покоя, все еще мучило ее. Все эти чувства, эмоции других людей, всех этих людей во дворце. И только выпив залпом бокал вина, когда оно ударило по нервам и согрело желудок, Самира вдруг нахмурилась. Ей показалось странным то, что она почувствовала, пропуская через себя эмоции людей внутри дворца. Среди них был кто-то, или что-то, черное, злое, куда смертоноснее и опаснее, чем она сама. И это что-то пришло за ней.
[1] Кровавые пески — разрушенный город на границе с Илларией, бывший когда-то домом для полукровок
[2] Данаи — прародители дэйвов, в народе называемые эльфами. От связи данаев с людьми появились дэйвы.
[3] Клеймор — небольшой двуручный меч.
ГЛАВА 1 Незваные гости и разбитые камни 1.1
— Нет!
— Да!
— Нет!
— А я сказал, да. И это не обсуждается, Тея.
— Как ты можешь так поступать? — взвилась принцесса Илларии, сверля полными гнева глазами своего венценосного брата. Повелитель ее взглядов не оценил, продолжая лениво пролистывать какие-то бумаги. — Клем — моя подруга. Ты обещал ей защиту нашего Дома, а сам…
А сам подписал прошение Дома Экхар на ее брак. Об этом ей старушки няни поведали, через два дня после того, как любимая подруга сбежала из дворца, закрылась в доме деда и на все ее гневные и обиженные записки не отвечала. Тея даже всерьез решила наведаться в дом Агеэра и от души поругаться с подругой, посмевшей ее игнорировать.
Естественно, она не сразу поверила няням. Мало ли что за сплетню они услышали, правда, судя по их скорбным лицам, сплетня была не такой уж и сплетней.
Тея решила перепроверить и выбрала для этого наиболее надежный источник — самого Эйнора Экхара, омерзительно самодовольного дэйва-однокурсника. Впрочем, приближаться, а тем более говорить с ним ей не пришлось, один из дружков-подпевал после завтрака Паэль весьма бурно поздравлял приятеля с успешным покорением недоступной «ледышки» Парс. А этот гад даже не думал скрывать сей факт и загадочно улыбался, когда другой тупоголовый дружок расспрашивал, какая она, эта Парс, в постели.
Тея до сих пор не знала, как умудрилась не запустить в самодовольную рожу Экхара огнем. Сдержалась чудом. Но даже не это окончательно убедило ее в правдивости слухов, ее убедили друзья, которые все, как один отвели глаза, когда принцесса не поленилась и напрямую спросила их, слышали ли они об этом бреде. Оказалось, слышали и поверили, и только идиотка Тея ничего не знала и два дня злилась на любимую подругу, всерьез собираясь обидеться. А теперь получалось, что это Клем в своем праве обижаться, гневаться, взрывать все, что ей захочется, игнорировать и ненавидеть. И во всем виноват ее упрямый, жестокий, бессердечный брат.
— Она рассчитывала на нас, а ты… Как ты мог так поступить?
— Насколько я помню, у нас уже был подобный разговор. И я посоветовал тебе не вмешиваться, — напомнил повелитель. — А твоя подруга уже достаточно взрослая, чтобы обойтись без твоего венценосного одобрения.
— Зато она не может обойтись без твоего, — зло бросила Тея. — Я думала, она тебе нравится, но тебе никто не может нравиться. Ты не умеешь чувствовать, для тебя важны только твои чертовы бумажки, а мы все — это так, пустяк, ничто, ты… ты… бессердечный чурбан! Вот ты кто!
— Все сказала? — равнодушно отозвался Инар, так и не оторвавшись от своих бумаг. Ее слова, крики и обвинения, брошенные в лицо, явно не тронули его. Он остался таким же непробиваемо равнодушным, даже позы не изменил.
— Ненавижу тебя! — выкрикнула принцесса и наконец дала волю своему едва-едва сдерживаемому гневу. Вскинула руку, позволила огню пробежать по венам, вырываясь наружу, вспыхнуть на столе повелителя, поглощая бумаги, папки, чернильницу и даже нефритовую статуэтку кота харашши[1], в лапах которой повелитель хранил камень связи.
Инар удивленно вскинул бровь, в секунду погасил огонь, мельком взглянул на учиненное безобразие и перевел взгляд на разъяренную и немного напуганную своей дерзостью сестру. Тея же мгновенно протрезвела от этого холодного или даже ледяного взгляда не брата, повелителя и вздрогнула, когда он заговорил. В каждой фразе, каждом слове сквозила сама стужа и безжалостность.