— Извращенка, он братом тебе приходится.
Тей знала, что на самом деле они не родственники, но не могла не поддеть ненавистную девчонку.
— Уж лучше приходиться ему сестрой, чем быть дочерью шлюхи илларского повелителя, — не осталась в долгу Солнечная дрянь.
И Тей вскипела, ее стихия, неожиданно даже для нее самой, вырвалась из-под контроля и подпалила платье Самиры. Та закричала, отшатнулась и куда-то побежала, все метнулись к ней и первым, вернувшийся в залу принц Дэйтон.
В тот момент он так на нее посмотрел, как на ничтожество, как на угрозу его семье, его любимой сестре, и даже если и была между ними хоть какая-то симпатия до этого ужасного происшествия, она испарилась как предрассветная дымка. В его глазах она прочитала глубокое осуждение, если не презрение. Он словно ударил ее этим взглядом. И, увы, тогда она это заслужила.
Кто-то грубо отпихнул ее к выходу, и Тея воспользовалась моментом, сбежала, чтобы затем забиться в угол в своей одинокой комнате и долго плакать, плакать, плакать…
А после, поздно вечером пришел Инар и отчитал, не стесняясь в выражениях. Тей хотела объяснить ему и другим, что она не хотела, что это вышло случайно, но никто не желал ее слушать, даже так понравившаяся ей Солнечная королева Мэл, даже родной брат, а те, кто мог бы заступиться и защитить, были в тысячах лиг за куполом Илларии.
И тогда она решила молчать, перестала из кожи вон лезть, чтобы понравиться всем этим снобам и лизоблюдам Солнечной принцессы. За это ее тоже осудили, и весь остаток путешествия Тея чувствовала себя самой несчастной и одинокой на свете. А ведь казалось, что она привыкла за столько лет к подобному отношению при илларском дворе. Как показал тот ужасный вечер, не привыкла и не смирилась. И рядом не было Клем, которой можно было пожаловаться, все рассказать, поплакать вместе и придумать план мести невыносимой Самирке.
Клем обязательно бы что-нибудь придумала, защитила бы, выгородила перед Инаром, по крайней мере, он не был бы таким суровым. Ведь с ней он всегда становился чуточку другим. Странно, она никогда не думала об этом так, но ведь и правда он менялся рядом с Клем, смягчался что ли?
Ее мысли снова вернулись к Солнечному принцу, какой он теперь? Все такой же непримиримый и суровый? Все так же безоговорочно предан своей жестокой сестре? А какой он увидит ее? Или лучше и вовсе не встречаться? Избегать? Впрочем, с чего она решила, что он помнил о ней все эти годы? Скорее всего, их встреча прошла незначительным эпизодом в его жизни, но в ее судьбе он все еще оставался ярким пятном.
Да, правильней будет избегать, не пересекаться, разве что на официальных приемах, а еще лучше и вовсе их игнорировать. Паэль наверняка уже приготовила для его высочества что-то грандиозное, а заодно ведь можно использовать столь многообещающего гостя, чтобы весь Дарранат ахнул от восхищения и забыл на время об утреннем мятеже.
Тея отвернулась от окна, когда ночные гости поднялись по лестнице, и долго сидела в темноте, глядя куда-то в пустоту, блуждая по краю сознания, не думая, в сущности, ни о чем. В какой-то момент она даже не поняла, как перешла на новый уровень восприятия, где грань сна и яви настолько была размыта, что невозможно понять, существуешь ты или уже нет.
Закрыв глаза, принцесса окунулась в эту умиротворяющую темноту ненадолго, но когда открыла, неожиданно увидела центральную площадь и уборщиков, спешно ее восстанавливающих, видела мужчин в черных плащах, патрулирующих улицы, и ужасно волновалась.
«Он не пришел. Она прождала весь день, но он так и не пришел. Что-то случилось. А ведь он обещал защиту, обещал всегда оберегать ее. Солгал?» — думала она или кто-то другой, в чьем сознании Тея так неожиданно оказалась.
Стемнело. Тея или та — другая… стала еще больше волноваться. Полукровка, молодая, судя по отражению в зеркале, ей ровесница. Бледное лицо, белоснежные волосы, затравленный взгляд. Комнатка маленькая, напоминающая номер в гостином доме. Кровать, тумба, шкаф и старый потертый ковер на полу.
Тьма. Она ненавидела ее и боялась до ужаса, поэтому на тумбе ярко горела лампа, но этого казалось недостаточно, и она специально активировала еще три магических светильника. Спать было страшно, как и выходить. Она заперлась на все замки, подтянула к двери тумбу и стояла у окна, прячась за занавесями, в надежде увидеть своего хранителя, который так страшно запаздывал.