Отчаяние, скорбь, ярость. А на что я вообще надеялась. Любой на их месте станет отрицать существование дочери, скрываемой столько лет. Не их вина, что моя внешность изменилась и они были не в силах меня узнать. Каину это почти что удалось.
- Ты расстроена? - голос Тьмы звучит вопросительно.
Я отрицательно качаю головой. Кто я такая, чтобы расстраиваться?
Он усмехается.
- Тебя тоже обманули. Оставайся со мной. Ты никогда не почувствуешь боли. Я всегда буду рядом. А частичка Геи внутри тебя постепенно угаснет.
Я качаю головой.
- Если она угасает, я умру.
Над пустынной темнотой разносится веселый смех.
- Ты уже мертва, Эстер. Всегда была мертва.
Я вздрагиваю от его слов. Прищуриваюсь, а когда вновь открываю глаза меня ослепляет белоснежный свет. Хлопья снега осыпаются на мои ресницы.
Открыв глаза, я часто моргаю. Зрение мое постепенно восстанавливается, и я с удивлением и заинтересованностью изучаю голубоватые стены с золотистыми узорами. Над кроватью в которой я лежу нависает великолепный полог балдахина. Голубая ткань, золотистые кисточки, касающиеся шелковистой ткани.
У кровати в которой я лежу, я с удивлением замечаю высокого темноволосого мужчину с зелеными глазами. Склонив голову, он словно дремлет и у меня есть несколько минут на то чтобы рассмотреть его мужественные черты. Суровое лицо, сдвинутые над переносицей брови. Поза его напряженная, словно каждый мускул нацелен на определенную работу, даже не смотря на то, что он не двигается. Мягкая черная борода делает его лицо благородным, добавляет аристократизма.
Заметив, что я шевельнула кончиками пальцев, он открывает глаза и смотрит на меня с мукой на лице.
- Эстер, - шепчет он одним уголком губ и я в момент забываю весь свой гнев, всю свою ярость. В груди вспыхивает теплое чувство. Как давно я хотела услышать его голос, зовущий меня по имени. В одно мгновение я готова простить ему все двадцать пять лет своей ссылки. Но мое лицо все так же бесстрастно и холодно. Ни намека на эмоции, ни слова о чувствах.
- Прости меня, Эстер. То что мы тебя сразу не узнали, просто безумие. Мне так жаль, что я сказал тебе те ужасные слова, будто у меня нет дочери. Я так сожалею, малышка.
В ответ я молча киваю. А что я могу ему сказать? В моих глазах он всецело оправдан. Мне не хочется с ним говорить, все эти годы я мечтала просто услышать его голос и теперь я просто хочу им наслаждаться. Не нарушая тишину словами.
Он улыбается, и достав из кармана голубой аспид, протягивает его мне.
- Ты всегда их любила.
Сев в кровати, я беру из рук отца сочный плод, жадно откусывая следую мякоть. На моем лице играет задумчивая улыбка.
- А где сейчас рейвир? - спрашиваю я.
Отец хмурится. Убирает за ухо блестящую прядь волнистые волос.
- Знаешь, а ведь все это время мы пытались скрыть тебя от альянса.
Я пожимаю плечами.
- Я могу понять ваше предубеждение на их счет. В конце концов, стоило появиться сновидцам, как альянс отыскивал каждого, включая их в тюрьмы, называемые храмами. Но сейчас, спустя столько лет, вселенной необходима наша помощь. Бессмысленно вести войны в то время, как все вокруг разрушается, обращаясь в прах.
Король удивленно вскинул брови.
- Эстер, признаться я не понимаю о чем ты говоришь.
- Земля жива, отец. Она не погибла. Будучи опустошенной, Гея сберегла свои воспоминания, передав их нам через столетия со своей гибели. Она хотела предупредить нас об угрозе что таится во мраке космоса. Ей нет названия, но она дремлет в его мрачных глубинах, столетиями вытягивая жизненные силы из заселенных людьми планет. Вскоре она уничтожит Даркану. Но мы способны ей помешать.
- И как же? - взгляд короля оставался скептическим.
Я развела руками.
- Пока мне это неизвестно, но оружие определенно внутри наших снов. Кроме того, мы способны разбудить Гею, отдав ей частички наших душ.
Взгляд короля сделался твердым и непреклонным.
- Это безумие, Эстер. Ни что иное, как добровольное самоубийство.
Я устало вздохнула.
- Но лишь в этом случае Земля сможет возродиться.
Протянув руку мужчина погладил меня по волосам.
- Мы поговорим об этом позже. А сейчас, я бы хотел показать тебе кое что.
Он помог мне выбраться из кровати и надел на мои плечи утепленное мехом пальто. Петляя лабиринтами бесконечных коридоров мы вышли в большую оранжерею, с высоким, куполообразным сводом. Здесь было достаточно тепло, а буйная растительность имела насыщенный зеленый цвет, что было само по себе удивительно, потому как на Луне никогда не было зеленых растений. Под серебрившимся стеклянным куполом висело ярко алое атомной солнце. Уменьшенная версия того светила, которое обычно используется чтобы развеять бесконечную тьму, в межгалактических пространствах, лишенных ярких пылающих звезд. На станциях альянса такой источник света не казался чем-то странным и противоестественным, а вот на Луне, в условиях столь маленького помещения выглядел довольно странно.