— Не пудри мне мозги! Ты прекрасно знаешь, что взял с меня семнадцать тысяч за груду металлолома!
Леон никак не мог взять в толк, чего от него хочет старый друг. Он сидел, спустив штаны и подпирая голову рукой.
— Послушай, Майк, я никак не пойму, о чем идет речь! Успокойся и расскажи всё как есть.
— Я тебе уже два раза повторил! Механик из автоклуба открыл моторный отсек, поднял коврик и показал мне пятна красной краски!
— Майк, уж не знаю, что ты там видел, но клянусь тебе моими детьми: я не продавал тебе сваренную машину. А теперь успокойся, и давай разберемся. Как давно у тебя эта машина?
— Чуть меньше семи месяцев.
— Ты уже проходил техобслуживание?
— Давно пора, но всё никак руки не доходили.
— Правильно, — сказал Леон, с трудом сдерживаясь. — Технически срок гарантии уже кончился, но, поскольку ты мне друг, я попробую разобраться. Я знаю одного парня, который работает у главного дилера. Пришлю его, он посмотрит твою машину. Я оплачу даже работу и буксировку, возьму с тебя только за запчасти.
— Леон, ты слышал хоть одно мое слово? Хватит меня дурить! Ты продал мне два сваренных вместе куска металлолома! Ездить на такой машине смертельно опасно! Мои жена и ребенок могли погибнуть! Если бы речь шла не о тебе, я бы давно напустил на твой магазин полицию! Сегодня утром у меня собрание в районном общественном центре. А оттуда я поеду прямо к тебе. Верни мои семнадцать тысяч, и больше я никогда не буду иметь с тобой дел. И в будущем не жди никакой помощи ни от меня, ни от других полицейских в Палм-Хилле.
— Майк, я серьезно, у тебя что, крыша поехала? — завопил Леон, окончательно потеряв терпение. — Ты же полицейский, у тебя жена и дочь, а ты ведешь себя как последний осел. Мне казалось, после того дела в казино ты намеревался встать на путь истинный.
— К моему приходу приготовь деньги, Леон, а не то я за себя не отвечаю!
10.54
Джеймсу полагалось быть наготове на случай, если произойдет что-нибудь неожиданное, но родители Ханны были на работе, и, когда она со свеженакрашенными ногтями на ногах и в черной обтягивающей футболке появилась на пороге, он не сумел найти предлога, чтобы ее выгнать. Ханна хотела пойти искупаться, но Джеймс сказал, что ждет звонка, и в конце концов они сели на кровать, Дэйва и стали целоваться.
Вдруг у Джеймса зазвонил мобильник.
— Не отвечай, — взмолилась Ханна.
— Надо, — отозвался Джеймс, высвобождаясь из ее объятий. — Это, наверно, мой социальный работник. После ареста на прошлой неделе я нахожусь на волосок от того, чтобы опять загреметь в детский дом.
Джеймс взял звонящий телефон и вышел в коридор.
— Джон, — прошептал он. — Как идут дела?
— Хорошо, — с восторгом отозвался Джон. — Патель позвонил Тарасову. Они готовы вцепиться друг другу в глотки, уже упоминали о казино и фактически признались в коррупции. Мы всё это записали. Майк сказал, что пойдет на автостоянку и устроит Леону разгром сразу после какого-то собрания в районном общественном центре. За пару часов красный туман перед глазами может развеяться, а этого нам хочется меньше всего. Хлоя предлагает усилить давление на Тарасова. А ты съезди в этот общественный центр и поднакачай Пателя.
— Как?
Джон объяснил. Выслушав его, Джеймс ухмыльнулся:
— Какая гадость.
Он выключил мобильник и вернулся в комнату.
— Что тут смешного? — спросила Ханна.
— Ничего, — ощетинился Джеймс.
— Мне казалось, твоего социального работника зовут Зара.
— Так оно и есть.
— Но ты разговаривал с человеком по имени Джон. И почему надо было выходить из комнаты?
— Потому что из-за музыки было ничего не слышно, — ответил Джеймс.
— Расскажи мне, что происходит. Ты встречаешься с кем-то еще?
— Не говори глупостей. — Джеймс жалел, что не выставил Ханну с самого начала.
— Ты врешь мне, Джеймс, и мне это не нравится.
Джеймс рассердился.
— А мне не нравится, что ты за мной шпионишь. К твоему сведению, это звонил давний приятель, с которым я познакомился в детском доме. Я договорился встретиться с ним в Вест-Энде.
Ханна с разобиженным видом сунула ноги в сандалии и направилась к двери.
— Джеймс, прекрати обращаться со мной как с дурой.
Джеймс не хотел расстраивать Ханну, но надо было избавиться от нее как можно скорее.
— Послушай, сейчас у меня нет времени. Я тебе позвоню попозже.
Ханна на миг остановилась.
— Не беспокойся.
И гневно прошествовала дальше.
Как только за ней хлопнула парадная дверь, Джеймс выскочил в кухню и отыскал пару пакетов из «Сэйнсбериз». Схватил ключи, мобильник и рацию и вышел на балкон. Мельком заметил Ханну — та сердито возилась с ключами возле своей двери и через минуту исчезла в квартире.
Джеймс бегом спустился на первый этаж, размышляя, не перегнул ли палку в отношениях с Ханной Кларк. Двумя днями раньше его бы это опечалило, но поцелуй Керри многое изменил.
11.21
А в гостиничном номере Хлою переодевали в полицейского. Мундира у них не было, и если бы даже Милли успела привезти один из своих, всё равно не хватило бы времени перешить его на Хлою, которая была гораздо ниже ростом. Сделать удостоверение оказалось намного легче. У Джона была целая коробка жетонов и корочек, которые при желании могли превратить человека в кого угодно — от аварийного водопроводчика до капитана военно-морского флота.
Лорин сфотографировала Хлою цифровой камерой, а Керри напечатала на бланке удостоверения ее фамилию и номер. Через пять минут, когда Хлоя в простой синей юбке и туфлях без каблуков появилась из своей комнаты, Джон уже распечатал, обрезал и заламинировал ее полицейское удостоверение и положил его в пластиковую обложку с эмблемой лондонской полиции.
Никто не ввел Дэйва в курс дела, поэтому он немало удивился, когда увидел, как Хлоя въезжает к Леону на автостоянку в желтом «мицубиси», том самом, в котором он накануне отвез Керри домой. Леон вышел из будки ей навстречу, нацепив на лицо радушную улыбку, какой встречал каждого потенциального клиента.
— Доброе утро, рад вас видеть, — заговорил Леон, когда Хлоя вышла из машины. — Чем могу быть полезен? Если вы ищете что-нибудь покрупнее «кольта», уверен, могу предложить вам великолепный товар.
Хлоя поставила сумочку на крышу машины и, чувствуя себя дура дурой, принялась искать служебное удостоверение. Настоящие полицейские так себя не ведут.
— Сержант Меган Хэндлер, — представилась Хлоя, раскрыв удостоверение. — Транспортная инспекция, Боу-роуд.
Лицо Леона вытянулось.
— Чем могу служить, сержант?
— До меня дошли слухи, что некоторые из машин, которыми вы торгуете, никуда не годятся, — пояснила Хлоя.
— Вот оно что. — Леон понимающе покачал головой. — Интересно, кто распространяет такие слухи.
Услышав этот разговор, Дэйв улыбнулся про себя. Это не входило в первоначальный план, но он догадался, что начальство придумало великолепный способ еще сильнее разозлить Пателя и Тарасова.
— Не возражаете, если я посмотрю ваш товар? — спросила Хлоя.
— У вас есть ордер на обыск?
— Нет, но если вы заставите меня его получить, я приду с тремя полицейскими в форме, и после того, как они будут полдня тут возиться, вы, уверена, не продадите больше ни одной машины.
Леон отступил на шаг и распростер руки.
— Вот что я вам скажу, милочка: идите, ищите сколько душе угодно. Вы ничего плохого не обнаружите.
— Спасибо, мистер Тарасов, — сказала Хлоя. — Я благодарна вам за сотрудничество.
Растянув губы в фальшивой улыбке, Леон прошагал обратно в будку. Едва закрыв за собой дверь, он с грохотом плюхнулся за стол и сверкнул глазами на Пита, сверявшего счета на компьютере.
— Всё это подстроил Патель, — сказал Леон. — Эта пигалица — из полиции. Говорит, до нее дошли слухи.
Пит оторвал взгляд от экрана.
— Дядя, с тем «БМВ» не было ничего криминального. Он поступил от дилера без единой царапинки. Не понимаю, что за аферу затеял Патель.