Соня поднялась в квартиру. Руки тянулись написать Кристине, но она решила сначала все обдумать. Но на нее навалилась усталость, и она задремала. Проснувшись, сначала выпила чая, заела его засохшим печеньем. Но думать при этом особо не получалось. Слишком много всего произошло перед их отъездом. Нет, не так. О слишком многом все рассказывали. Но она так и не могла понять, что из этого произошло, а что нет. И когда именно это случилось.
Она крутила телефон в руках и собиралась включить симку. Сидела так на кухне за столом. Сейчас можно было не бояться, увидит ли ее кто-то из дома напротив. Макс точно уехал, остальным вряд ли было дело. Хотя, теперь ей еще меньше хотелось пересечься с кем-то из соседей, кто узнал бы ее. Потому что они могли рассказать ей еще что-то, добавить еще больше деталей, правдивость которых ей предстояло проверить.
Она уже не верила, что сможет уехать отсюда так просто, даже если окажется, что угроза миновала. Слишком запутанная история. Так иногда бывало с ней, когда она уже почти засыпала, но вдруг понимала, что забыла название какого-то фильма или имя актера. И она ворочалась, пытаясь его вспомнить, потом все так же ворочалась, пытаясь убедить себя, что это не имеет никакого значения, и нужно просто заснуть. А потом наконец-то сдавалась, брала в руки телефон, находила нужное название или имя и сразу спокойно засыпала. Тут так просто решить это не получится. Не выйдет забить в поисковик короткий вопрос, получить ответ и забыть. И это будет мучить ее дальше.
Она включила симку. Ее телефон тут же завибрировал, и она чуть не уронила его на стол. Пачками на нее посыпались сообщения с незнакомых номеров. Обычно она бы просто смахнула их все и заблокировала отправителей. Но тут она заметила, что в нескольких из них не было текста, а были значки, указывающие на то, что в сообщениях содержались только фотографии. Там могли быть снимки, развидеть которые было бы сложно, такие ей приходили и раньше. Но что-то все же заставило ее открыть одно из сообщений. На снимке была дверь, сфотографированная из подъезда. Это могла быть любая дверь. Но она узнала цвет. И заметила красноватые разводы. Ей казалось, что она оттерла всю краску, но видимо, когда дверь высохла, разводы проявились снова.
Сообщение пришло вчера утром. Проверять остальные Соня не стала, и удалила чаты. Теперь верхним оказался чат с владелицей квартиры, которую она снимала. Та написала, что сегодня в обед выставит все вещи Сони в подъезд на первом этаже и поменяет замок.
Хорошо хоть все самые ценные вещи она забрала с собой. Но сохранить и остальное хотелось. Она написала Вере, обрисовав ситуацию (пояснять, что стало ее причиной, необходимости не было), и попросила забрать вещи и подержать пока у себя. Та согласилась и вопросов не задавала. Наверное, не хотела знать ответы.
Все эти события почему-то вовсе не сбили ее настрой поговорить с Кристиной. Она подумала, что если так спокойно восприняла это, то сможет и спокойно общаться с сестрой. Как только она потянулась пальцем к имени сестры в списке контактов, телефон завибрировал. И на черном фоне высветилось ее имя. Сестра звонила ей сама.
— Ты где? — сразу спросила Кристина, когда Соня приняла вызов.
— Э-э-э… В смысле?
— В прямом. Я спрашиваю, где ты.
— Дома, а что?
— Олеся показала мне… Кто-то из одноклассников ей скинул, сама бы она на такое не наткнулась, я запрещаю ей читать подобное, конечно…
— Да о чем ты вообще?
— Я видела, что о тебе пишут во всех этих каналах.
Вот черт. Вот черт. Вот черт. Неужели оно вышло за пределы чатиков этих уродов? Или одноклассник Олеси был одним из них? Нет, им же лет по десять, разве что у него есть старший брат или…
— Объяснишь?
— Нечего объяснять, — буркнула Соня. — Да, я рассказала шутку, которая кому-то там не понравилась.
— Кому-то! Да их там десятки таких. И не только в нашем городе.
— Но опасаюсь я только тех, кто в нашем городе.
— Опасаешься? То есть это не просто угрозы в интернете, это серьезно?