- Крепкий малый был, - заключил наёмник, глядя на выделяющиеся мышцы. - Только вот, всем этим нужно ещё пользоваться научиться, а уж потом в бой идти.
Чтобы не убирать далеко нож, Хаборим воткнул его в живот мертвеца, а сам начал осматривать его бритую наголо голову.
- Есть несколько шрамов и ожогов, но форма правильная, - бубнил он себе под нос, ощупывая и внимательно рассматривая голову убитого человека. - Левое ухо сломано, нос дважды перебит... Глаза... глаза голубые... тут ничего особенного. Рот... О, а это уже интереснее.
- Что там? - полюбопытствовал Грэг.
- Видишь, зубы немного подточены?
- Ага, - кивнул британец. - А что это значит?
- Обычно, это встречается у аборигенов в диких племенах, и выдержать такое под силу далеко не каждому. Что касается причин, то их может быть несколько. Кто-то ассоциирует себя с хищниками. Кто-то пытается выделиться на фоне остальных, а для кого-то это свидетельство инициации.
- Чего? - переспросил Грэг.
- Посвящение в касту избранных, - пояснил Хаборим. - А ну ка, посмотри того, другого. Он тоже лысый и с такими же зубами?
Трабл подошёл ко второму трупу, и осмотрел его голову.
- Ага, такой же. Только уши целые.
Трагардец вынул нож из трупа, обтёр лезвие о плащ, и перевернул тело на живот. Откинул плащ в сторону, задрал жилет вместе с рубахой.
- Что у нас тут? - спросил он сам себя. - А тут у нас следы от кнута. Догадываешься откуда они?
- Кто-то его выпорол, - ответил Грэг. - И, судя по всему, сделано это было давно.
- Согласен, давно, - подтвердил наёмник, проводя кончиком лезвия ножа по грубым шрамам. - Пороли его часто и по долгу - это я тебе, как эксперт в этой области скажу. Видишь, как шрамы перехлёстываются, а края словно наплывают друг на друга? Это бывает тогда, когда начинаешь работать кнутом, по ещё не до конца зажившей спине... Ладно, с этим всё ясно. Переходим к рукам.
Хаборим осмотрел кисти рук мертвеца. Тщательно обнюхал их. Кончиком ножа выковырял из-под ногтей грязь, растёр её на своей ладони, после чего лизнул.
- Вы все там, в своём Трагарде, такие ёбнутые? - спросил Трабл, глядя на манипуляции Хаборима.
- Не все. В основном самые любознательные, как я. Ну, или те, кто хочет выжить любой ценой. Это, кстати, тоже про меня.
Хаборим усмехнулся, поводил языком по нёбу, и сплюнул на пол.
- Песок, каменная пыль, опилки и мох, - озвучил трагардец вкусовые ощущения.
- И что тебе это дало? - спросил его Трабл.
- Давай проведём полный допрос, а потом я дам свое экспертное заключение. Хорошо?
Грэг пожал плечами, изобразив на лице гримасу, типа: "как знаешь", и тут же задал ещё один вопрос:
- А если бы под его ногтями было дерьмо?
Хаборим громко засмеялся, вонзил нож в живот мертвеца, и вспорол его от солнечного сплетения до паха.
- Тогда бы я понял, чем питался этот малый, и нам не пришлось бы делать этого, - резко преобразившись, серьезным голосом ответил трагардец.
Хаборим запустил обе руки во вспоротый живот, быстро нащупал нужный ему орган, и начал орудовать острым лезвием. Спустя пару секунд он вынул окровавленные руки, в одной из которых сжимал нож, а в другой держал желудок.
Именно в это время наверх к ним и поднялся Маркус. Паладин, не в силах произнести не слова, уставился ошарашенным взглядом на окровавленные по локоть руки Хаборима. Тот де, в свою очередь, видя замешательство Маркуса, вытянул в его сторону руку с желудком.
- Дружище, - обратился трагардец к паладину. - Есть водичка? Полей, по-братски.
- Мерзкие богохульники! - закричал Маркус. - Будьте же вы, и ваши не родившиеся дети прокляты до третьего колена! Как же меня вообще угораздило ввязаться во всё это?!
Продолжая сыпать проклятия в адрес Хаборима и Грэга, паладин спустился вниз по ступеням. Вместо него, несколько секунд спустя, на лестнице появился Фангорн. Инквизитор встревожено посмотрел на происходящее, после чего, почти спокойно спросил:
- Что вы тут устроили?
- Выясняем, что это за люди. Откуда они, чем живут, на кого работают, - ответил ему Хаборим.
- И что выяснили? - продолжил Фангорн.
- Я ещё не закончил. Осталось разобраться с этим, - трагардец сакцентировал внимание на желудке. - Потом осмотреть их оружие, и я буду готов озвучить свои наблюдения.