Стригои неторопливо шли вперёд. Как только они перешли условную, неприметную метку, Васлав заорал во всё горло:
- Бой!!!
Защёлкали спусковые механизмы арбалетов. Рассекая душный воздух, удлиненные болты устремились в цели. Закричали сражённые точными попаданиями люди. Лучники неприятеля поспешили укрыться за щитами, установив их перед собой под небольшим углом, и уперев в землю специальные подпорки. Мечники прикрыли своими щитами носильщиков лестниц. Те арбалетные снаряды, которые долетали до них, пробивали лёгкие щиты насквозь, и вонзались в тела.
Многие из защитников форта, рядом с которыми дожидался второй заряженный арбалет, успели произвести второй выстрел и только потом приступили к перезарядке. Лишь единицы из малого числа стрелков гарнизона форта натянуть тетиву и вложить новый болт в направляющую, как последовал неминуемый ответ лучников стригоев. Черные с ярко-красным оперением стрелы взметнулись по дуге в сторону форта. Послышались предостерегающие выкрики, призывающие укрыться от атаки стригоев, но жертв было не избежать. В виде неопытности, а так же собственной неуклюжести, одна крупная тётка запоздало начала прижиматься к частоколу. Стрела, пущенная навесом, вонзилась ей в пригнутую спину. Женщина вскрикнула, распрямилась и сразу две чёрные "убийцы" угодили ей в грудь. Тётка начала заваливаться назад, упёрлась поясницей в ограждение, перевалилась через них, и рухнула с высоты утоптанную землю.
Жертвой первого залпа стригоев стал ещё и молодой парнишка. Он вовремя укрылся, вжавшись в частокол. Как ему показалась, мальчишка переждал опасность, высунулся, чтобы выстрелить в ответ, и был мгновенно сражён стрелой. С торчащим из правой глазницы черным древком, паренёк выронил из рук арбалет, и упал рядом с ним на помост.
Стригои "засыпали" защитников форта стрелами, стараясь не дать тем возможности высунуться и выстрелить в ответ. Но, несмотря на это, одиночные контрудары были. То и дело, кто-нибудь из опытных воинов гарнизона или же примкнувших к ним бойцов Отряда Грешников, отчаянно огрызался. В один из таких поступков Фарук чуть было не лишился жизни. Наконечник стрелы стригоев пролетел в непосредственной близости с его головой, оставив лёгкое рассечение на левом виске халифатца. Как ошпаренный, он дёрнулся в противоположную сторону, чем спас себя. Там, где только что была его голова, просвистели чёрные стрелы.
- Не сработает наш план, - озвучил свои мысли Фарук, присев и укрывшись за верхней частью частокола. Тыльной стороной ладони он смахнул со щеки тоненькую струйку крови, и обтёр руку о штанину. - Плевать они хотели на ворота. Прут сразу и со всех сторон.
- Значит, нужно заставить их идти там, где выгодно нам, - рассудил Хаборим.
- Иди, заставь, - предложил ему халифатец, и сквозь стену указал в сторону неприятеля.
- Грэг, - обратился трагардец к Траблу. - Не думаешь, что пора расстаться со своими игрушками?
- Жаль это осознавать, но ты прав. - Британец достал из карманов разгрузки две последние гранаты, и хотел было передать их Хабориму. Затем посмотрел на раненную руку наемника, и отдал гранаты Фаруку. В довесок Грэг сунул ему обе дымовые шашки.
После короткого инструктажа по пользованию "остатками роскоши", Фарук быстро спустился вниз и побежал вдоль бревенчатого частокола к противоположной воротам стене. Около одного из углов ограждения форта он поднялся наверх. Один из местных воинов, компанию которому составлял мальчишка и две женщины, недоумённо уставился на халифатца.
- Я одолжу ненадолго? - спросил Фарук воина и, не дожидаясь ответа, взял его щит.
Прикрываясь щитом, он выглянул наружу. Число стрел, выпущенных лучниками, уде не было таким большим, как в самом начале атаки. Стрелки стригоев подошли ближе к стенам, и теперь не выпускали стрелы навесом. Они старались бить точнее и только туда, где появлялись головы защитников.
С десяток стрел ударились в прочный щит. Фарук пригнулся, и отдал его хозяину. Халифатцу хватило пары секунд, чтобы оценить ситуацию, и понять, что медлить нельзя. Он достал одну из гранат, разжал усики, выдернул чеку, и перекинул всё это через зазубренные верхушки.
- Затяните уши, - посоветовал Фарук местным, и обхватил голову руками.
Никто не прислушался к его словам, посчитав их непонятным бредом странного чужака. Когда же прозвучал взрыв, делать это было уже поздно. От грохота мальчишка вскрикнул и выронил из рук арбалет. Бабы побросали оружие, сунули пальцы в уши и истошно завизжали, заглушая своими глотками крики и стоны раненых врагов. Местный воин испугано вздрогнул. В его глазах читался страх и непонимание происходящего, но он быстро совладал со своими эмоциями. Схватив щит, прикрывшись им, воин встал во весь рост и заглянул к основанию стены.