А дальше произошло то, на что Фангорн не мог рассчитывать даже в своих фантазиях. После того, как упал тот третий человек, люди, окружавшие замок, рухнули, словно скошенные косой крестьянина сорняки. Все, кроме одного. Ошарашенный произошедшим, тот последний человек медленно пятился назад, размыкая застежки плаща на груди. Резко скинув плащ, он неуклюже развернулся и побежал в сторону леса...
***
Несколькими циклами ранее...
Вершок медленно открыл глаза. Он лежал на ровном каменном выступе, похожем тюремные нары. В одном из углов небольшой квадратной комнаты ровная круглая дыра, из которой сквозняком помещение наполнялось запахом дерьма. Окон нет, зато есть дверь. Распахнутая настежь дверь, рядом с которой висит чадящий чёрным дымом факел. Зиган попытался подняться, но тут же понял, что его ноги закованы в цепи.
- Не убили - и то хорошо, - проворчал Вершок.
Голова немного побаливала, и это не позволяло составить разрозненные картинки воспоминаний в единую картину. Последнее что он помнил отчетливо - разговор с Фаруком. Халифатец предложил ему сбежать от остальных, уверив Зигана в том, что знает точное место, где хранится нужная богам вещь. Не сказать, что Вершок безоговорочно поверил ему. Основной причиной согласия было другое - побег от Фангорна. Уж лучше сдохнуть где-нибудь в лесу, чем терпеть издевательства и побои этого ублюдка-инквизитора.
"А что было дальше?" - мысленно спросил сам себя Зиган.
Им почти удалось бежать. Они почти выбрались из лесного форта, когда их догнал Хаборим. Тут же появились какие-то люди и... и всё. На этом воспоминания Вершка обрывались.
- Знаешь, а я совсем не удивлён тому, что ты решил предать своих друзей, - прозвучал до боли знакомый голос. - Тебе же не привыкать, это делать.
- Понятно, что со мной, - проворчал Зиган. - Или я валяюсь где-то в предсмертном бреду, или уже сдох. Иначе с чего мне слышать голос мертвеца.
- И кто же тебе сказал, что я умер?
- Магистр, - ответил Вершок, все больше и больше сомневаясь в том, что этот разговор нереален.
- Магистр, как и все властьдержащие, обязан говорить ложь, чтобы удержать за собой ту самую власть. Со временем это переходит в привычку, которая в какой-то момент становится сущностью человека. Я понимаю его. Понимаю, зачем он так поступил со мной. Но я не понимаю тебя. Почему, Зиган? Почему ты даже не попытался спасти меня тогда?
- Мы бы сдохли! - закричал Вершок, разбрызгивая во все стороны слюни. - Нет, не так! Я бы сдох, а тебя бы не убили! С тобой бы все равно случилось то, что случилось!
- То есть, ты хотел, но просчитав варианты, понял, что ничего не выйдет и на этом успокоился? - спросил Кайс.
Вершок виновато опустил голову.
- Знаешь, будь тогда я на твоём месте, вне зависимости от исхода, я пошёл бы до конца.
Кайс шагнул вперёд, выйдя из тени на свет. Зиган посмотрел на его руки, и неловко улыбнулся.
- Прошлое так и не хочет тебя отпускать? - спросил Вершок.
- Прошлое всех нас держит мёртвым якорем. Но пришло время избавиться от него. И вы мне в этом поможете.
- Мы? - удивился Вершок.
- Мы, - прозвучал ещё один голос, обладателя которого Зиган считал мертвецом.
- Ох, раздерите меня бесы, если я всё-таки не сдох, - возбуждённо выдал Зиган. - Как такое возможно, чтобы мы оказались снова вместе?
- У нас будет время это обсудить, а пока слушайте и запоминаете, что именно нужно изобразить, чтобы наше представление выглядело убедительным...
***
- Зиган, скотина! - выкрикнул Фангорн, и помчался догонять Вершка.
Через пару сотен ярдов инквизитор настиг Зигана, повалил его на землю, и в знак воссоединения пересчитал тому ребра носками своих сапог.
Вершок лежал на сочной зелёной траве, кряхтел от боли, натужно кашлял и схаркивал изо рта кровь. Каждый раз, когда он пытался приподняться, в его бок прилетал сапог инквизитора, заставляя Зигана вновь распластаться на земле.
Пнув Вершка ещё несколько раз, Фангорн схватил его за шкирку и поволок обратно. В этот момент Зиган выхватил из рукава нож, и вонзил его в ногу инквизитора. Фангорн схватил Вешка за руку, выкрутил её до хруста и переломил в локте. Вынул из своей ноги нож, резко занёс его над орущим от нестерпимой боли Зиганом и... медленно опустил.