Он попытался приподняться выше, чтобы тут же преклонить колено перед богами, но что-то неведанное придавило его к полу, от чего до хрипоты сперло дыхание.
"Не шевелись, - прозвучал голос Нищего в его голове. - Мы ещё не закончили".
Через довольно продолжительный период времени тяжесть отступила. Одновременно с тем, как это произошло, Три бога встали с трона, подошли к инквизитору, обступив его.
- Мы видели всё, что видел ты, - произнёс Златобог. - Мы знаем всё, что знаешь ты. Мы долго сомневались в том, что тебе удалось добыть то, зачем был послан. Но, проверив всё многократно, наши сомнения развеялись. С радостью в сердцах, мы благодарим тебя за верную службу, и даруем тебе воссоединение с твоей семьёй.
Фангорн непонимающе уставился на Златобога. Он не понимал, как ему реагировать на эти слова.
- Они... они всё это время были живы? - едва шевеля губами, спросил инквизитор.
Боги рассмеялись.
- Нет, смеющимся голосом ответил ему Златобог. - Они мертвы, и им нет пути в Миры живых. Но живые всегда могут отправиться к мёртвым. Ну, а ты, наш верный слуга, получаешь сразу две наши благодати: наше позволение встретиться с семьей, и честь быть умерщвленным богами.
Фангорн опустил голову. Он понял, что его ожидает. Вместе с осознание этого пришло и другое. Пришло понимание того, что эти трое, которых он почитал, которым служил и искренне молился - совсем не такие, какими виделись Фангорну большую часть его жизни.
- Хватит лжи, - грубо ответил Фангорн на слова Златобога. - Вы убьёте меня не потому, что хотите отблагодарить, а потому, что это единственный способ получить то, что я принёс вам. Прав был Хагниф - вы зазнавшиеся выскочки, возомнившие себя выше остальных...
В одно мгновение тело Фангорна разделилось на тысячи мелких кусочков. Все они, окутанные кровавой пеленой, замерли в воздухе. Трое богов начали одновременно произносить какие-то непонятные, протяжные, шипящие слова, и то, во что превратилась плоть инквизитора, тускло засветилось. Лучики света потянулись в сторону богов. Те окровавленные частички Фангорна, которые покинул, шипя и источая запах горелой плоти, падали к ногам богов...
Вершок.
С тех пор, как Зиган вернулся в Трагард, прошло больше трёх лет. Грязный, окровавленный, со сломанной рукой он очнулся в своей любимой беседке, откуда открывался красивейший вид на берег Розового моря. Не успев опомниться, не успев толком ничего понять, рядом с ним появились две дюжины воинов Цедриков, возглавляемые самим императором Викастером. Они доставили Зигана во дворец, где он и прожил под императорской защитой чуть больше года.
По истечении этого срока ему было позволено вернуться на свою плантацию. Вместе с тем, на земли, теперь уже мистера Вилсона, прибыло пять дюжин имперских воинов. Со временем это число сократилось вдвое, а к началу третьего года их осталось всего шестеро...
- Мистер Вилсон! Трагедия! - Кристобель - управляющий торговыми делами, орал во всё горло и нёсся по пыльной дороге навстречу Зигану. - Трагедия!
- Что? – испуганно спросил мистер Вилсон, которого тут же окружили имперские воины. - Что случилось?
- Помните, троицу назад пропал сын конюха? Там мы нашли его. Мёртвого.
- И что? Какое мне до него дело до какого-то дохлого мальчишки? - проворчал мистер Вилсон.
- Мы нашли его в пятитысячилитровой бадье, в которой отстаивалась отбродившая настойка, - пояснил Кристобель.
Лицо мистера Вилсона покрылось гневным багрянцем. Он замахнулся и ударил Кристобеля по голове своей тростью. Управляющий упал на дорогу, схватился за голову и застонал.
- Разорить меня вздумали! - взревел мистер Вилсон. - Я вас всех, ебучих выродков, в этой бадье утоплю!
Быстрым шагом он направился к погребам. Спустившись вниз, растолкал собравшихся рабочих, перешагнул вздувшееся, частично разложившееся тело мальчика, и подошёл к вентилю. Взял большую, деревянную кружку, и налил в неё настойку.
- Если из-за этого дохлого выблядка испортилось пять тысяч литров моей настойки, то все вы будете бесплатно работать на меня вечно! Вы станете моими рабами! И ваши дети, и дети ваших детей будут моими рабами!
Прокричав это, мистер Вилсон отпил из кружки, прополоскал рот и сплюнул настойку. Его лицо стало добрее.