"Ну, ничего, я быстро,” – подумала она и потянула ручку двери, но та отчего-то не желала открываться.
Девушка потрясла настойчивей, но с тем же результатом. Замок заклинило, что ли? Катя вертела злополучную ручку так и эдак, но дверь не поддавалась. Вот незадача… Смеситель она уже сломала, дверная ручка видимо будет следующей. Позвать на помощь? Она критически оглядела дверной косяк. Не услышат, пожалуй, вон какое дерево крепкое, к тому же ее комната в самом конце коридора. Да и неловко как-то вопить. А главное, что кричать? Помогите-спасите? Выпустите меня?
"Нет, кричать не буду,” – решила отважная Катя.– Здесь всего-то второй этаж. С подоконника можно выбраться на карниз, потом на навес, а там до земли рукой подать. Легко!"
Она распахнула окно и храбро перекинула ногу через подоконник. Правая пола халата за что-то зацепилась и опасно затрещала. Катя живо представила себе, как она висит на халате вниз головой под окном, бьется затылком о штукатурку и сверкает трусами в ночи. Только этого не хватало! Она вернулась в комнату и быстренько переоделась в более подходящие для ночных прыжков по крышам джинсы и футболку. Потом еще подумала и выключила в комнате свет, а то мало ли что подумают соседи, если увидят, как она изображает Карлсона.
Девушка осторожно выбралась на навес веранды, стараясь не шуметь, и огляделась в поисках пути на землю.
"Пожалуй, безопаснее всего будет прыгнуть с левого края навеса на газон,” – прикинула она и, поскользнувшись на гладкой черепице, едва не упала.
“Мама дорогая!” – испуганно ахнула она про себя, с трудом удержавшись на ногах. – “Может, лучше залезть обратно и все-таки покричать под дверью, чтобы выпустили?”
Катя повернулась назад, к спасительному окну, и осторожно выдвинула левую ногу вперед, но подошвы кроссовок снова скользнули по крыше, и она с размаху плюхнулась на четвереньки.
“Нет уж, лучше я вниз по намеченному пути,” – решила девушка, не решаясь больше вставать на ноги, тем более, что ладони и коленки по черепице не скользили, и таким способом стало гораздо удобнее передвигаться. Она медленно поползла в нужную сторону, не забыв похвалить себя за джинсы. Хороша бы она была здесь в халате!
***
Катя уже доползла до края навеса и не слышала, как в дверь ее спальни постучали.
– Катенька! – ласково позвал её голос Аркадия и, не дождавшись ответа, снова постучал, теперь уже настойчивей.
– Спит она, Аркадий Андреич, не сомневайтесь, – раздался рядом Маргаритин шепот после небольшой паузы. – При мне всё выпила. Уже давно должно было подействовать. Сейчас, небось, десятый сон видит!
Аркадий снова постучал и, чуть помедлив, тоже перешел на шепот:
– Где ключ?
– Уже, уже открываю… – пробормотал третий голос.
Негромко щелкнул замок, и дверь Катиной спальни бесшумно распахнулась. На пороге замаячили три визитера. Три пары глаз обшарили темную комнату, и все взгляды остановились на кровати. Халат и полотенце, небрежно сброшенные девушкой, образовали на ней подобие лежащей человеческой фигуры. Семен Степанович – а третьим был, несомненно, он – шагнул вперед, чтобы рассмотреть всё получше, и деревянная половица под его ногой издала громкий протяжный скрип.
– Тссссс!!! – одновременно зашипели на него Аркадий и Маргарита.
Семен Степанович поспешно отступил.
– Да вон же она лежит, – тыча пальцем в халат, пыхтела домработница. – Теперь до утра дрыхнуть будет без задних ног. Нонну, вон, с одной таблетки мигом вырубает, а Нонну, сами знаете, так просто не усыпить… А девушке я три штуки в чай положила.
– Хорошо, – после минутного раздумья прошептал Аркадий. – Запирай дверь. Даже если проснется, то выйти не сможет.
В темноте звякнули ключи.
– Да не проснется она, – уверенно перешла на привычный бас Маргарита, когда дверь была надежно заперта. – Давайте ключ, я ее утром скоренько отопру, пока еще все спать будут.
Она протянула руку и Семен Степанович послушно отдал ей ключи. Мужчины многозначительно переглянулись.
– Ну, с Богом! – с чувством выдохнул Аркадий.
– С Богом, – эхом отозвался дедок и весь как-то внутренне подобрался.
– А… – младший Бакчеев хотел что-то сказать, но передумал и замолчал, оборвав себя на полуслове.
– Давай, Марго, топай к себе. Остальное тебя не касается, – Степан Семенович улыбнулся и легонько хлопнул домработницу по спине.
– Очень надо! – возмущенно фыркнула Маргарита и гордо зашагала по коридору прочь.