К его немалому удивлению, Бакчеев не только решительно отверг все хлебниковские доводы, но и со скандалом выгнал Рудольфа из лаборатории. Тот ушел, гордо хлопнув дверью, но перед тем как исчезнуть, выкрал один из защитных шлемов.
– С тех пор у нас резко повышены меры безопасности… – грустно добавил Семен Степанович и мотнул головой в сторону Кентавра.
– А Хлебников, он так и пропал? – осмелилась спросить Катя, захваченная повествованием.
– Не совсем, – подал голос принявший нормальную расцветку Аркадий, но тут же замолчал и жестами показал Семену Степановичу, продолжай, мол.
– Мы его больше не видели. По слухам он перебрался в Соединенные Штаты и там продолжает наши разработки. Генератор собрать он мог, аномальную временную зону найти ему помогли бы, а шлем у него уже был, – с горечью в голосе усмехнулся дедок. – До нас доходили сведения, что он совершал набеги в прошлое с целью обогащения, но однажды для него это закончилось печально. Он едва не расстался с жизнью и переключился на другие цели.
– Какие? – завороженно спросила Катя.
Старик строго посмотрел на девушку.
– Перемещения во времени дают практически неограниченные возможности, но чем больше у тебя возможностей, тем выше ответственность, – он многозначительно поднял вверх указательный палец. – Когда ты попадаешь в прошлое, самая большая опасность – это …
– Не вернуться? – испуганно прошептала девушка.
– Нет, это не самая большая, – снисходительно хмыкнул Семен Степанович. – Самая большая – это навредить настоящему.
– А! Я читала у Брэдбери, – обрадованно проявила осведомленность Катя. – Человек случайно раздавил в прошлом бабочку, а когда вернулся, то все переменилось в его собственном времени!
– Вот-вот, – согласно кивнул рассказчик. – Что-то в этом роде. На самом деле прошлое не так легко поменять. В процессе исследований наша группа выяснила, что в истории существуют отдельные ключевые точки. При случайном изменении хода истории возникает цепь событий, которая стремится нивелировать, уничтожить изменение. Скажем, ты проникаешь в прошлое и заряжаешь пистолет Дантеса холостыми. Дуэль сорвана, Пушкин жив, все прекрасно, но два дня спустя он царапает руку о сломанную оглоблю – заражение крови – и неделю спустя умирает.
– Вы так говорите, словно кто-то и вправду это сделал… – завороженно прошептала Катя.
– Что сделал? – не понял старичок.
–Ну, Пушкина пытался спасти и холостыми зарядил, – с горящими глазами пояснила девушка. В этих глазах ясно читалось, что уж она бы обязательно попыталась предотвратить убийство поэта.
Семен Степанович с досадой отмахнулся.
– Не важно, – недовольно сморщился он, и Катя внутренне ахнула – ну точно, пытались!
– Важно то, что воздействие применяется не в тот момент, – дедок почесал переносицу. – А вот если применить изменение в ключевой точке, то оно будет необратимым. Предположим, некто всерьез вознамерится предотвратить смерть великого Пушкина на дуэли в молодом возрасте. Тогда ему придется вернуться в прошлое гораздо раньше и предотвратить его женитьбу на Гончаровой – это и есть ключевая точка.
Семен Степанович немного помолчал и грустно заключил:
– К сожалению наши аналитики просчитали, что при таком варианте развития событий он женится на своей горничной, скроется в деревне, напишет множество талантливых произведений, но все они сгорят при пожаре в 1834 году. Сам поэт после смерти жены в 1835 запьет с горя, доживет до 64 лет, но не напишет больше ни строчки. Так что всё, что он написал после 1830 года, будет для человечества безвозвратно потеряно.
Катя печально вздохнула. Вот ведь обидно как! Семен Степанович откашлялся и продолжил.
– Хлебников, по нашим сведениям, сейчас работает на группу ренегатов, которые хотят изменить ход истории. Думается, после того как он улучшил свое материальное положение, он решил податься в политику. Больше ничем не могу объяснить тот факт, что он связался с политической партией Самые Истинные Патриоты России, или СИПР.
– Никогда не слышала про такую партию, – честно сказала Катя.
– Мало кто слышал, – согласился дедок. – Они себя пока не афишируют. Только заполучив в свои ряды такую ядерную бомбу как Хлебников, СИПРы разработали секретный план переустройства России.