–Можно, – опередил ее чейзер.
Он ловко оторвал и засунул в рот кусок лепешки.
– Точно можно, а, доктор? – недоверчиво повторил Толян, провожая взглядом второй кусок лепешки, быстро исчезающей во рту Николая. – Этой жратве же сколько лет, страшно подумать. Съешь ее – и кирдык!
– При твоей профессии, Анатолий, ты как-то уж слишком трепетно относишься к своему здоровью, – с набитым ртом произнес чейзер и потянулся за кувшином.
– А чё моя профессия? – подозрительно сощурился Толян, придвигаясь ближе к столику. – За здоровьем завсегда надо следить.
– Конечно, надо, – поспешила вступить Катя, которая тоже почувствовала, что страшно проголодалась. – Это все можно есть, не волнуйся.
Три пары рук быстро опустошили столик.
– Вода, – разочарованно произнес Толян, отхлебнув из кувшина.
– Конечно, вода, а ты чего ждал? – усмехнулся Коля. – Из ближайшей речки.
Охранник поперхнулся и выпучил глаза.
– Как из речки? Это негигиенично!
– Ну, может, из колодца, если тебе так больше нравится, – примирительно сказал чейзер, вытирая губы рукавом. – Не боись, Мамай, хану плохого не подсунут.
Он поудобнее уселся на ковре и добавил с самым невинным видом:
– Разве что отравить захотят…
Катя едва не расхохоталась, глядя на позеленевшего Толяна, который испуганно приложил руки к животу.
– Это нормальная еда и нормальная вода, – успокоила она охранника, сдерживая смех. – Никаких посторонних вкусов и запахов. К тому же, зачем тебя травить? Тебя ведь уже кинжалом закололи.
– Ага, – мрачно буркнул сторонник гигиены и насупился.
– Тихо, опять сюда кто-то тащится, – приглушенным голосом шикнул на них Коля.
Стенка шатра в очередной раз поползла в сторону, и внутрь, слегка пригнувшись, вошел высокий мужчина. Катя во все глаза смотрела на очередного незнакомца. Он был похож на павлина, случайно оказавшегося на деревенском птичьем дворе. Одежда играла всеми цветами радуги: бордовый камзол с желтым кантом, зеленые обтягивающие штаны, широкий синий пояс, расшитый бисером и малиновая шляпа с белым пером. На поясе у вошедшего висел короткий клинок, который он придерживал, изящно отставив руку в сторону.
Ярко одетый господин сощурился, привыкая к тусклому освещению внутри шатра, и внимательно огляделся по сторонам. Быстро смерив глазами Катю и чейзера, и решив, что они не стоят его внимания, он сделал шаг в сторону лже-Мамая и отвесил ему легкий поклон. Толян настороженно переводил взгляд с незнакомца на чейзера и не шевелился. Коля держал руку у рта, что означало "молчи".
Не дождавшись никакой реакции, вошедший снял шляпу и еще раз поклонился, на этот раз ниже. Катя метнула в чейзера вопросительный взгляд "кто это?".
"Не знаю," – пожал тот плечами в ответ.
Никто не раскрывал рта. Пауза явно затянулась.
– Трых-пыду-дых-бу-бу? – надоело молчать вошедшему.
– А-а-а-а! Это настоящий наемник, – обрадованно повернулся Коля к Толяну. – Он приветствует тебя по-татарски, но плохо, с сильным акцентом. Наверное, один из тех, кто был с Мамаем на холме во время битвы.
– И чё ему надо? – испуганно отодвинулся от щеголеватого наемника фальшивый беклярбек.
– Казяма-базяма шыдырыма? – с умным видом спросил Коля, тоже слегка поклонившись вошедшему.
– Турыдыхи-мурыдыхи! – явственно усмехнулся тот и разразился короткой речью, изобиловавшей согласными и придыханиями.
– Насколько я понял, он хочет получить плату для себя и своих людей за это сражение, – озадаченно перевел Коля, повернувшись к Толяну. – И требует весьма настойчиво. Говорит, что если не дать ему денег, то воевать откажется.
– У меня нет денег! – возмущенно запыхтел охранник, тщетно пытаясь отыскать и вывернуть карманы в красных шароварах.
– У тебя нет, – согласился чейзер и огляделся по сторонам, – но у Мамая-то должны быть. Вот только где?…
Толян и Катя тоже посмотрели вокруг, и все взгляды скрестились на сундуке. Очевидно было, что если в шатре где-нибудь и имелись деньги, то только здесь.
– Тырку-ма быдысь? – подозрительно спросил щеголь.
– Быдысь, быдысь, – успокоил его чейзер и направился к деревянному ящику.
Катя тихонько придвинулась ближе. Ей представилось, что сейчас Коля откроет крышку, а там… Золото, жемчуга, рубины-изумруды и другие драгоценные камни, свет от которых наполнит шатер волшебным сиянием.
Чейзер поднял крышку сундука и в замешательстве почесал затылок. Потом он нырнул вглубь и стал там усиленно рыться. Так продолжалось минуты три. Катя незаметно пододвинулась почти вплотную и заглянула внутрь. Никакого сияния, только темные тряпки. Наконец, чейзер с красным потным и злым лицом выбрался из сундука.