– Ничего нет, – с досадой бросил он, кашляя и отплевываясь. – Только тулуп, какие-то тряпки и три пары старых сапог.
– Таки-таки быдысь? – наемник внимательно следил за результатами Колиных поисков, и в голосе прозвучало явное недоверие.
Он еще раз оценивающе глянул на взлохмаченного чейзера и перевел холодный взгляд на Мамая.
– Кардын-ты-да-дын тыр-пыр-мыр, – равнодушно бросил он, сделав вид, что собирается уходить.
– Воевать отказывается, сволочь! – с отчаянием прошептал чейзер и по рассеянности схватился за лоб.
Толян, четко усвоивший инструкции, при этом жесте издал свой оглушительный "Ррррр!", исполненный праведного гнева.
Шатер снова качнуло, но на наемника рев не произвел ни малейшего впечатления. Он еще раз повторил свой “пыр-мыр”, который теперь был понятен и без перевода: утром деньги – вечером стулья.
– А в сапоге нету? Внутри? – робко пискнула Катя. – Мой сосед всегда заначку от жены в башмаках прячет…
Коля метнул на девушку быстрый взгляд и снова исчез в недрах сундука.
– Есть! – раздался его обрадованный приглушенный вопль.
Во взгляде наемника появился интерес. Он раздумал уходить, развернулся к сундуку всем телом и по-страусиному вытянул шею.
Колина голова взлетела над крышкой. В руке он победно сжимал небольшой черный мешочек. Бросив на Катю признательный взгляд, он с поклоном отдал его Толяну.
– Передай ему, – незаметно указывая глазами на наемника, прошептал чейзер.
Толян послушно взял кошель и зачем-то потряс им возле уха. Похоже, звон монет его заворожил, поскольку он все мотал рукой, прислушиваясь, и не торопился расставаться с золотом.
– Отдавай уже, пусть катится, – сквозь зубы напомнил ему чейзер. – И по-хански отдай этой жадной морде, ты же Мамай!
– Как по-хански? – недоуменно моргнул Толян, с неохотой отнимая черный мешочек от уха и любовно поглаживая его обеими руками.
– Ну, швырни ему под ноги, что ли, – нетерпеливо сморщился Коля.
– Ааа! – понятливо кивнул охранник.
Он обласкал взглядом сожаления понравившуюся вещь и бросил кошель наемнику. Намеренно или нет, но сильный и прицельный удар в колено вывел наемника из строя. Тот рухнул на бок как подкошенный.
Коля бросил на Толяна подозрительный взгляд и кинулся поднимать щеголя, но тот уже и сам поднялся, потирая ногу и одновременно ловко развязывая злополучный мешочек. Толян сидел с самым невинным видом. Чейзер пробормотал какие-то тарабарские слова, но наемник его не слышал.
Как завороженный он уставился на содержимое кошелька и, похоже, перестал дышать. Потом он поднял глаза на Мамая, сглотнул слюну и разразился восторженной тирадой. С него слетела вся его спесь, радость прямо-таки переполняла разряженного вояку. Он еще несколько раз поклонился, размахивая своей огромной шляпой и, повторяя слова благодарности, наконец удалился.
– Слава Богу, ушел, – выдохнула девушка, когда топот его шагов снаружи затих.
– Слава Богу, что воевать будет, – поправил ее Коля, устраиваясь на подушках возле сундука.
– Слушайте, мне кажется, я ему много дал, – раздался расстроенный голос Толяна. – Вон он как обалдел!
– Ну и что? Пойдешь отбирать? – хмыкнул чейзер.
– А можно? – обрадованно вскинулся тот.
– Нет! – отрезал Коля и рассерженно хлопнул ладонью по ближайшей подушке.
Вверх поднялся мощный столб пыли, и чейзер зашелся в неудержимом чихе.
– Апчхи!
– Да ему и половины бы хватило, – не успокаивался Толян.
– Апчхи!
– А то и меньше, – ныл охранник.
– Апчхи, я сказал! Нет! – прочихался наконец чейзер и со слезящимися глазами скомандовал: – Выбираться отсюда надо. Мы должны сидеть на холме, а не в шатре.
Охранник насупился, всем своим видом выражая недовольство.
– Выходим по одному. Толян первым, потом Катя, я – замыкающим. Анатолий, идешь медленно, – инструктировал Коля. – Я быстренько осмотрюсь по сторонам, чтобы определить где этот чертов холм. Не исключено, что к нам будут подходить люди и что-то спрашивать. Все должны молчать с важным видом и изредка кивать, когда я подам знак. И все! Понятно?
– Понятно, – нестройным хором ответили Катя с Толяном.
– Вперед, – Коля поправил рюкзак на плече и ободряюще кивнул своей команде. – Пошли!
Катя бодро шагнула вперед, но Толян топтался на месте.
– Я же не для себя… – продолжал нудеть лже-темник, время от времени оглядываясь на сундук. – Куда ему такие деньжищи, а мы бы на что хорошее пустили… Это же экономия! – нелогично заключил он.