Катя испуганно застыла. Контуры квадрата продолжали изгибаться, превращаясь в воронку, которая стала быстро приближаться к девушке, неумолимо расширяя границы своих кругов. Катя в панике обвела взглядом пространство вокруг. Остальные светлые пятна на глазах превращались в воронки, ямы и зияющие пасти, двигавшиеся на нее со всех сторон, собираясь проглотить.
– Мааа-маааа! – заорала Катя что есть силы и бросилась в прямоугольник зеркала, за которым только что исчез чейзер с Толяном.
"Только бы не оставаться здесь!" – билась в мозгу единственная мысль.
В сером мареве ничего не было видно. Девушка врезалась во что-то мягкое, упала и больно стукнулась лбом.
– Ай! – взвизгнула она и вскочила на ноги.
Туман рассеивался. Катя опасливо осмотрелась вокруг. Что-то знакомое. Колонны. Лестница. Люди… Люди?
Девушка напряженно вглядывалась в выступающие из мрака фигуры. Кажется, Кентавр?… Семен Степанович… Нонна и остальные!
С радостным воплем Катя бросилась на шею Кентавру и еще раз споткнулась обо что-то мягкое.
– Ошторожнее! – болезненно охнул Коля откуда-то снизу.
Вылетев из зеркала, девушка сбила его с ног, и теперь он с трудом поднимался с пола, держась за челюсть и ушибленное плечо. Катя перевела взгляд на лежащего рядом Толяна, который сладко спал и, не веря своим глазам, воскликнула:
– Мы вернулись! Ура!!!
Продолжая сжимать шею Кентавра, она радостно чмокнула его в щеку и обвела счастливым взглядом окружающих. Радостные лица Семена Степановича, Нонны и Изольды сияли в ответ.
– Люся! Борис Андреевич! Вы тоже здесь! – обрадованно подпрыгнула девушка, увидев знакомые физиономии. Она отпустила смущенного начальника охраны и кинулась к родственникам, но на полпути остановилась.
Радость на ее лице сменилась тревогой. Она уперлась испуганным взглядом в Семена Степановича и с надеждой спросила:
– М-мы… Всё исправили?.. Или нет?
Она поспешно обернулась к Коле, который уже поднялся с пола и осторожно ощупывавшему свою распухшую челюсть.
– Вы ВСЁ сделали правильно! – голос старичка дрожал от волнения. Его ясные голубые глаза смотрели на прибывших с восторгом.
Успокоенная Катя издала победное “Ура!” и с энтузиазмом бросилась обниматься со всеми подряд.
– Я же говорила, что все будет хорошо, – утирая слезы радости, прошептала Нонна Пална.
Во всеобщем ликовании не участвовал только Толян. В суматохе забытый на полу охранник повернулся на другой бок и грозно пробормотал во сне:
– Лошадь, стой!
Конец первой книги