– Может быть, Клод. А может, и нет…
Всё это было так. Когда мне было пять лет, мама заметила мою особенную тягу к растениям. И вот мы переехали в дом с большим садом, где я могла развивать своё увлечение. Мама тоже выращивала цветы, но её сад был совсем маленьким – всё помещалось в пространство у калитки, не больше среднего обеденного стола. Несмотря на это, она ухаживала за ним с большой любовью и вниманием.
Магические дисциплины давались мне нелегко. Только через год мне поставили ранг 4, и то лишь потому, что у меня были способности на земле. Часто, смотря на своих друзей с рангами 1 и 2, я чувствовала зависть. Один из них мог охлаждать воду одним прикосновением. В жаркие дни он прятался в каком-то секретном месте, а затем, в раннюю осень, звал нас кататься на коньках по местному озеру.
Сначала я боялась ступать на лёд. Это было что-то необычное: на улице +10, а мы мчались по льду от одного конца озера до другого, как оголтелые, смеясь и забыв обо всём.
Теперь, вспоминая эти моменты, на сердце стало так тепло, радостно. Тёплая кровь вдруг начала течь по венам, словно её не было долго. Руки стали живыми, а сердце затрепетало. Всё это время они казались холодными, как у куклы, не чувствующими ничего. Мои мысли унеслись в то светлое, беззаботное прошлое.
Вдали я услышала голос Клода. Что именно он сказал, я не разобрала, но Клара резко соскочила с места и прошипела:
– Всё-таки заметили!
– Не так сильна твоя магия, – ехидно улыбнулась я, но в следующий момент встретилась взглядом с его глазами. Я не могла отвести взгляд. Глаза Клода были яркие, нечеловеческие: зрачки черные, как бездонная пучина, а радужки – светло-голубые, неоново яркие, словно они горели изнутри. Этот взгляд пробирал до костей, захватывая душу.
Холодный пот проступил на лбу, и я, инстинктивно пятясь, прижалась спиной к стенке, не в силах оторваться от его взгляда.
– Я так и знала, что ты такая же! Чего тогда боишься? – голос Клары звучал всё более агрессивно.
Она протянула ко мне руку, и чувства переполнились. С одной стороны, я почувствовала прилив сил, как никогда раньше. Это ощущение было знакомо: в 16-17 лет, когда я впервые ощутила этот безудержный поток энергии. Тогда кровь бурлила, и я могла поднять машину весом в две тонны без использования магии растений или создать шар из чистой энергии, просто сосредоточив силы. Я рассказывала взрослым, но они не верили, считая, что я пытаюсь обмануть, чтобы повысить свой ранг нечестным путём.
Но с другой стороны, ко мне подступал страх. Животный, первобытный страх.
Что мне делать? Задержать их? Хватит ли мне сил?
Видя моё смятение, Клара ухмыльнулась, сунула руку в карман и вытащила круглое зеркальце. В его отражении на меня смотрели неоновые зелёные глаза, такие же яркие, как у Клода. Секунда. Моё сердце словно остановилось.
Значит, всё это было правдой? Я... не такая как все?
Не выдержав, я вырвала слова из горла:
– Кто же я?!
Клара посмотрела на меня с упрямым и слегка снисходительным взглядом, и её голос был тяжёлым, как приговор:
– Ты двуликая.
Глава 5: Пламя и падение.
– Спасибо, что показала мне мою силу. Но отпустить тебя будет самой большой глупостью в моей жизни, – произнесла я, голос дрожал от смеси ярости и решимости.
Я топнула ногой, и пол задрожал, треснув, словно тонкий лёд. Под ногами появились глубокие трещины, из которых, как живые змеи, начали выползать корни деревьев. Они извивались и ползли в её сторону, окружая нас.
На лице Клары я впервые увидела страх. Её уверенность, её насмешка – всё исчезло, сменившись отчаянной попыткой вырваться. Но мои пальцы держали её руку с мёртвой хваткой, как капкан, захлопнувшийся на жертве. Её глаза начали закатываться, и я почувствовала, как она пытается перенести своё сознание в тело Клода, который находился у двери, отрезанный от нас стеной корней.
"Так ты поступала всегда, когда хотела скрыться, не так ли?" – мелькнула мысль.
– Нет, нет! – крикнула я. – Его душой ты не заплатишь за свои злодеяния!
Я второй рукой упёрлась в её грудную клетку, сосредоточив всю свою волю на её сердце, но Клара пришла в себя быстрее, чем я ожидала. Она со всей силы отпихнула меня, но я устояла. Мои ноги, будто из титана, не дрогнули.
К этому времени корни вздыбились плотной стеной, отрезав нас от остального дома. Клара взглянула на меня с ненавистью, её глаза пылали.
– Я хотела тебе помочь, дура. Но раз всё так выходит, то гори синим пламенем!
Она подняла руки, готовясь нашептать что-то, что явно принесло бы мне конец. Я поняла это слишком поздно.
Но вместо того чтобы бежать из дома, я подпрыгнула и вцепилась в её ноги. В тот же миг её ноги превратились в лапы птицы. Чёрные перья взметнулись в воздух, а её тело стало больше и массивнее, превращаясь в гигантскую ворону.