На переднем плане мы видим коленопреклоненную душу, почтительно склонившуюся перед светоносной фигурой Спасителя, который выходит навстречу спасенной душе224. В соответствии с катаро-ма-нихейским вероучением — это коллективный дух всего человечества, персонифицированный в образе Иисуса. Теперь душа, облаченная в одежду из света и объединенная с духом, готова навсегда оставить землю. Для нее настало время вернуться в Царство света, недосягаемое для мира материи.
Путь
к небесам
пасенная душа в рондо триптиха Босха «Великий потоп» готова подняться в сферу духа, противопоставленную миру материи. Но что это за сфера и где она? Имеются ли ее описания в катаро-манихейских текстах? Как ее изображает Босх? Постараемся ответить на эти вопросы. К сожалению, невозможно получить полное представление о Царстве света манихеев и катаров, поскольку не сохранилось достоверных детальных изображений ни в манускриптах, ни в рисунках, ни в резьбе на надгробных плитах. Вместе с тем найдены отдельные описания и изображения некоторых эпизодов. Ни один из них не дает полной картины будущего спасенной души, однако, сопоставляя фрагментарные упоминания
о Царстве света, мы сможем представить всю панораму загробного мира в катаро-манихейской традиции. При взгляде на картины Босха через призму этих представлений становится очевидно, что они были хорошо известны художнику.
Иисус — колонна славы
Начнем рассмотрение картины загробного мира с сюжета о спасенной душе (рондо триптиха «Мир до потопа», цв. ил. 65б). В этом сюжете рондо показано, как душа, получив свою светоносную одежду, то есть слившись с духовным телом, стоит на коленях перед преображенным Иисусом. Присутствует ли в композиции символика, указывающая на последующее восхождение души? При взгляде с позиций катаро-манихейского вероучения можно заметить указания на следующий шаг, ключом к пониманию которого является светоносная вертикальная фигура Иисуса. Иисус, как мы уже отмечали, идентифицировался с Древом жизни. Древо жизни, или колонна славы, простирается от земли до небес и противостоит сатанинскому сломанному Древу смерти, или колонне смерти. Древо жизни дает возможность душе, падшей в материю, освободиться от мира Сатаны и вознестись в духовные сферы. Это — путь сквозь твердь поднебесную в Царство света. В манихейских текстах встречаются частые описания этого пути. Одновременно он является одним из наиболее распространенных символов в катарском искусстве. Манихеи назвали его колонной славы. В символических образах Иисуса, Спасителя, коллективного духа, или Древа жизни, катары и манихеи изображали некий реальный канал, через который поднимались спасенные души.
В манихейских коптских псалмах Иисус ассоциируется с колонной славы. В одном из псалмов Иисус назван «Прекрасным в
225
колонне» .
...Прекрасный Человек в центре мира — Вот путь в Царство света...226
Другой псалом так воспевает Его:
Великолепная колонна,
Суть которой Человек Прекрасный... Крещение во имя жизни вечной.
Место очищения душ.
Гавань для тех, кто странствует по морю...227
Катарские надгробные плиты: антропоморфный крест
Псалмы приводятся в качестве примеров многочисленных описаний колонны славы в манихейской литературе. В сохранившихся катарских текстах о колонне славы не говорится открыто, однако в них присутствуют описания Древа жизни. Изображение на надгробных плитах балканских катаров антропоморфической колонны, Древа жизни или креста как пути к Царству света, на наш взгляд, не может быть простым совпадением. Такие рисунки с общей символикой найдены на средневековых могильных камнях в Боснии, Герцеговине и на Дал-матинском побережье (см. карту 2). Балканские надгробные плиты известны под названием «стелы».
Первые каменные надгробия стали возводиться в Боснии в XIII веке, возможно, под влиянием беженцев-еретиков, которые скрывались в этих заброшенных землях от гонений инквизиции, свирепствовавшей в Лангедоке228. Как бы то ни было, самые ранние стелы представляли собой небольшие каменные плиты. Возможно, на них наносился рисунок краской, который не сохранился до наших дней. Наивысшего развития стелы достигли к XIV веку, они стали больше по размеру и сложнее по форме. В XV веке их украшали сложной резьбой по камню. Однако уже к XVI веку их вытеснили мусульманские надгробия229. Период существования стел относится ко времени, когда катаризм, известный в этом регионе как боснийская церковь, считался государственной религией (см. главы 2 и 12). На некоторых стелах можно найти надписи и резные фигурки, а по крайней мере на восьми из них имеются символы и знаки, доказывающие их прямую связь с боснийской церковью230.