Стела в Монферране очень похожа на боснийское надгробие из Симиовы, которое в настоящее время находится в музее в Сараево (рис. 31). Стелы представляют собой антропоморфные кресты с округлыми завершениями, украшенными солнечными лучами. Надпись на боснийском памятнике частично стерта, и по ней можно определить только имя покойного240. Вместе с тем знаки на надгробии показывают,
что это катарское захоронение. Символы здесь более определенные, чем на антропоморфных крестах в Лангедоке, и ясно указывают на идентификацию памятника с колонной славы.
Рене Нелли и Соловьев не сопоставили катарский антропоморфный крест с манихейской колонной славы, по этой причине от их внимания ускользнул очень важный аспект предназначения надгробных плит. Если относиться к таким крестам как символам Спасителя или пути в Царство света, становится очевидно, что они обозначают каналы для восхождения душ. Сияющие «головы» — это не только солнечный нимб Иисуса, но также в буквальном смысле — свет в конце туннеля. Примечательно, что средневековые изображения имеют много общего с описаниями современных людей, переживших клиническую смерть.
Верхняя часть креста из Симиовы представляет собой колонну славы, ведущую в Царство света. Здесь мы видим вырезанные в камне две звезды разной формы, которые находятся на пути к круглому завершению надгробия. Звезды показывают, что душа проходит твердь поднебесную, направляясь вверх к небесам через канал Спасителя (см. схему 2).
Катарские кресты в творчестве Босха
Стела из Монмора (Лангедок) в форме греческого антропоморфного креста не столь необычна, как надгробия Монферрана и Симиовы. Однако особенности ее формы указывают, что это катарское захоронение. Сочетание «солнечной головы» и антропоморфной основы придает стеле сходство с рисунком Босха под названием «Смерть скупца» (рис. 32). Аналогичный рисунок с таким же сюжетом хранится в разделе графики в Лувре (рис. 33). Босх изображает умирающего человека, которому предстоит сделать выбор между распятием и полупрозрачной фигурой, стоящей в арке над пологом кровати. Фигура украшена греческим крестом, вписанным в круг, и очень похожа на антропоморфную надгробную стелу с лучистой «головой». Ангел с катарской символикой указывает правильный путь.
В живописном варианте этой композиции, находящемся в настоящее время в Вашингтоне, антропоморфный крест заменен пучком света рядом с Распятием. Катары негативно относились к Распятию
как к изображению духа, принесенного в жертву сатанинской материи. Каноническому христианскому Распятию они противопоставляли сияющий образ живого Иисуса.
Кроме того, Босх изображает крест, похожий на боснийский, в гобелене «Воз сена» (Королевский дворец, Мадрид, цв. ил. 35, рис. 22, 23). В гобелене, рассмотренном в пятой главе книги, светящийся крест является символом пути из адского мира к спасению. Крест опирается на землю и устремляется вверх к небесным сферам. Его «руки» и треугольное основание украшены красными и синими драгоценными камнями.
Космический крест в гобелене «Воз сена» по форме напоминает некоторые из антропоморфных надгробий в Боснии, особенно стелу из Шумы, которая сейчас находится в музее в Сараево (рис. 34). У боснийской стелы такая же треугольная основа, украшенная драгоценными камнями и такая же форма креста с «головой». Растения в основании стелы, значение которых мы раскроем в главе 12, в космическом кресте Босха не приводятся. Однако в целом оба креста являются символическими изображениями Иисуса и пути бегства с земли к небесам. Одновременно они означают Древо жизни и колонну славы.
Босх и колонна славы
Другое дуалистическое изображение восхождения в Царство света представлено в форме прозрачной колонны в центральной части триптиха «Святые отшельники», где изображен святой Иероним (Дворец дожей, Венеция, цв. ил. 66). Святой стоит на коленях перед распятием, висящем на сухом дереве. Дерево растет из развалившегося трона, украшенного сценами Ветхого Завета и изображениями грехов. С точки зрения катаров, это — трон Сатаны, а святой Иероним поклоняется ему, поскольку он по неведению принял религию официальной церкви. Кроме того, святой изображен с левой стороны, то есть со стороны ада.
Композиционно ему противопоставлена небольшая парящая фигура, несущаяся вверх к луне и солнцу, минуя звезды (рис. 35). Скорее всего,