Один из парней рассмеялся, показав отсутствие одного переднего зуба:
– Да, ты вполне в его вкусе. Наш шеф любит стройных, кудрявых девушек. Да и не только… Но тут же получил локтем в бок от своего соседа, при этом пролив на себя пиво и затем произнеся пару нецензурных слов. Сосед же, как ни в чем не бывало, промолвил: – В таком случае, это у вас мы должны спросить, что о нем известно. – Я знаю только, что ему грозили неприятности за какую-то провинность. – Да, император вызывал его «на ковер». Вэйн с Сидом, по слухам, так же присутствовали. После этого наш шеф как сквозь землю провалился. – А он разве не на задании? – Не слышали ни о чем подобном.
Щербатый судья добавил:
– Может он слинял. Он давно уже водит какие-то мутные шашни с Бужербой. У него там, наверное, хех…
Другой судья вновь его одернул:
– Заткнулся б уже. Может его по-тихому закрыли. Или того хуже! Мы же не знаем, что именно он отчудил. Наш начальник хоть и толковый, но… не без вывертов!
Вирен побледнела:
– Да нет, быть такого не может! Берган – лучший! Вряд ли его можно просто так на кого-то заменить! – И то верно. При всех недостатках нашего Берга, видеть на его месте чьего-нибудь некомпетентного ставленника тоже не хотелось бы. – Кстати, – Вирен обвела взглядом троицу и понизила голос практически до шепота, – тут не обошлось без… девятки. – Это точно? – Точно. Он вместе со своим отделом якобы нарыл на вашего начальника некий компромат, а, затем, после продолжительного шантажа, сдал его со всеми потрохами! Не знаю, в чем именно там было дело, но Берган, делясь со мной, сказал, что все это ложь и клевета, что его попросту подставили. Думаю, все это часть политических интриг, в которых я, простая обывательница, совершенно не разбираюсь.
Судьи дружно переглянулись и ответили так же полушепотом:
– Мы это подозревали. Вот… сволочь!!! Раньше он на такое бы не решился, этот выходец из бывшего Лэндиса! – Когда это раньше? – При Зекте в тринадцатом! Да при Гисе в том же бюро, мир праху его. Вот это действительно был человек! Они с Берганом хоть и не были запанибрата, но их приятельство основывалась на взаимной выгоде. Да, тот взрыв в реакторе Левиафана сам по себе произойти попросту не мог. Намек ясен? – Еще бы, я сама придерживаюсь того же мнения! Ладно, ну буду более вам мешать. Рада была поделиться информацией! – Взаимно. Покинув «Мандрагору», Вирен не стала возвращаться в вычурные апартаменты Сида, а отправилась на свою прежнюю квартиру в Транте, благо, ключ у девушки был, и теоретически жилье пока что оставалось за ней. Чего, после всего пережитого, ей теперь бояться? Вернувшись в уже ставшие родными стены, Вирен устроилась на привычном диване с чашкой травяного чая, и под мерный звук новостной передачи, не заметила, как заснула. Но как следует отдохнуть у Вирен не вышло. Спустя пару часов девушку бесцеремонно разбудил сигнал коммуникатора. Это был треклятый Сид. Чертыхаясь, Вирен ответила на звонок: – Алло, папуля? – Деточка, ты куда пропала? Я ведь беспокоюсь! Я бы позвонил раньше, но дела-дела! – Не беспокойся, папуля! Со мной все в полном порядке. – Однако, готов поспорить, деточка, про выбор платья к грядущему балу ты забыла напрочь! Там же наверняка все достойное уже разобрали! – Тут и спорить нечего, да, забыла! – Бутик «Алмазная Корона» закрывается через час! Скажи мне, где ты, и я примчусь на всех парах! – Нет, папуля, не стоит. Ты пока отправляйся в бутик, а я прибуду чуть позже. Если что, ты ведь сможешь задержать закрытие? – Не вопрос. Все же, советую поторопиться! Вряд ли тебя согласятся ждать до глубокой ночи. – Не бойся папуля, самое большое, прибуду за полчаса! До встречи!
«Что б ты провалился со своим балом, старый ублюдок! Но, попасть туда необходимо по делу. И ради него даже можно напялить дурацкое платье».
Как оказалось, Вирен добралась до «Алмазной Корны» первая. Войти в это царство изысканной роскоши, зеркал и хрусталя так же проблем не составило, хотя стражи весьма подозрительно оглядели Вирен, в своем затертом жакете и неподходящих к нему брюках больше похожую на помощницу торговца третьесортной лавки. Но у девушки был неоспоримый пропуск – сандаловый жетон, а с ним стражи не имели права останавливать его обладательницу. Войдя в этот храм тщеславия, Вирен едва не поперхнулась от густого ядовитого запаха разнообразных духов, смешавшихся в настоящую какофонию. Сама девушка если и пользовалась парфюмом, то легким и прозрачным, как утренняя роса на лепестках чайной розы. От более сильных запахов у нее могла разболеться голова. А тут сразу такое, черт! Блистательные дамы, в обществе либо пожилых мужей, либо совсем молодых любовников, и разряженные уже как на бал, бросали на Вирен откровенно брезгливые и недоуменные взгляды, что девушку лишь забавляло. Тем сильнее был эффект, когда в бутик вошел Сид собственной персоной и тут же устремился к Вирен, разглядывающей в это время одно из платьев. – Ферия, деточка, ты уже здесь?! А я, как видишь, сам запоздал! – Дела-дела, папуль? – Да, именно, дела-дела! Все посетители и посетительницы разом смолкли и покосились знаменитейшего ученого всея империи и никому не известную замарашку, назвавшую того папулей. Видя это, Сид откашлялся: – Так, смотрю, все уже приобрели то, что им нужно. Пойду, скажу администратору, чтобы объявил о закрытии. Разумеется, не для нас с тобой, деточка! Когда, так и не пришедшая в себя светская элита вынужденно разошлась, довольный Сид указал Вирен на платье, рядом с которым красовался столь баснословный ценник, что на эти деньги девушка могла бы сносно жить целый год. – Ну, деточка, смотри, эта прелесть как раз для тебя. Последняя коллекция Арматье. Его не взяли лишь потому, что вряд ли кто-то из плоти и крови способен влезть в столь эфемерное одеяние. Кроме тебя. В нем ты тоже станешь неземной, деточка!
Вирен невольно фыркнула. Платье закатного цвета и нескольких слоев матовой воздушной ткани, и украшенное в верхней части россыпью сверкающих цирконов, словно вечернее небо звездами, было, безусловно, прекрасно. Одним плетеным серебристым поясом можно было залюбоваться. Но представить все это на себе Вирен показалось абсурдным. Нет, такое платье точно не для нее.
– Нет, оно слишком уж хорошо для меня, папуля! Посему, я, пожалуй, выберу… вон то! Платье, на которое указала Вирен, находилось в самом дальнем углу бутика. В нем не было ничего воздушного и искрящегося. Сама мрачность в сравнении с предыдущим. Нижний слой платья был непроницаемо черным, а верхний – насыщенного цвета бронзы, чем-то напоминал броню. Широкий черный пояс был выполнен из темного кружева, и плетение в отдалении чем-то напоминало человеческий череп. У платья так же был высокий воротник и того же кружева, а длинные рукава были похожи на крылья летучей мыши.
Взглянув на выбор девушки, Сид искренне ужаснулся:
– Деточка, так ведь это же платье для праздника осеннего равноденствия. Для бала в Императорском дворце оно совершенно не подходит! – Я тоже не подхожу для этого бала, папуля! – Деточка, оно, мало того, что будет тебе велико, но такой фасон подразумевает фигуру женщины с грудью и бедрами, а не тельце худосочного подростка! Это платье тебя просто-напросто съест и не поперхнется! – Да пусть ест на здоровье. А если окажется велико, затяну пояс потуже. Я выбираю это платье, и точка! Вирен про себя поразилась, насколько ей удалось вжиться в роль капризной дочурки не в меру богатого папаши, и, при этом оба вели себя так, будто не произошло абсолютно ничего. Просто отец желает представить высшим кругам свою вновь обретенную дочь. Отлично, эта дочь не собирается разубеждать старого безумца в его иллюзии. Видя, что Вирен не собирается следовать его совету, Сид махнул рукой: – Фарам с тобой, деточка. Сейчас с тебя снимут мерки и подошьют это страшилище по твоей фигуре. Но я считал, что моя дочь обладает лучшим вкусом! – Да кто бы говорил, папуля! Кстати, я совершенно не помню, как надо танцевать! А, возможно, и вовсе не умею. – Ничего, деточка, вечерком мы с тобой отрепетируем. Уверен, танцевать ты умеешь.