— Мне нужен его адрес.
— Ну а я не собираюсь давать его тебе.
Опять пауза.
— Я передам ему, чтобы он позвонил тебе. Если буду говорить с ним.
— Спасибо.
— И больше не звони мне.
Я положила телефонную трубку. Все идет не слишком удачно.
ГЛАВА 35
Почему телефоны звонят всегда в то время, когда принимаешь ванну? Я решила не подходить к телефону вообще, но он продолжал звонить настойчиво до тех пор, пока я не завернулась в слишком маленькое полотенце и не направилась в гостиную, когда он как раз и замолчал. Я выругалась и вернулась в ванную, где с радостью снова шагнула в теплую пенистую воду и погрузилась в нее. И в этот момент телефон зазвонил снова. На этот раз я добралась до него значительно быстрее, оставляя за собой мокрые следы.
— Алло?
Возникла короткая пауза, во время которой я безошибочно определила, кто был на другом конце провода. Я вздрогнула и более плотно завернулась в полотенце.
— Мирри?
Услышав этот голос, уже от того, что было произнесено это одно-единственное слово, я почувствовала знакомое тошнотворное отвращение. Словно неожиданно воздух стал удушливым и грязным, и невозможно стало дышать. На лбу выступил пот, я вытерла его уголком полотенца.
— Да.
— Это я.
— Что тебе нужно?
— Что мне нужно?
— Подожди-ка…
— Что тебе нужно, думаю я.
— Я не…
— Или что у тебя есть для меня?
Я сжала трубку и не отвечала.
— Мне только что позвонил Роб, — продолжал он. — Я слышал, что ты разыскиваешь меня.
Что-то вроде стона вырвалось у меня.
— Ты хочешь видеть меня?
— Нет.
— Ты хочешь отдать мне что-то? То, что я оставил. Хотелось бы мне знать, что это может быть.
— Так, ничего.
— Должно быть, это важно, если ты так беспокоишься. М-м-м, Мирри?
— Книга, — пролепетала я.
— Книга? Какая это может быть книга? — Он подождал ответа, но так как я не отвечала, сказал: — Может быть, книга просто предлог? Ты просто не можешь отстать от меня, да?
На какое-то мгновение все погрузилось в туман.
— Перестань паясничать, — сказала я. — Это я. Рядом никого нет. Ты знаешь, что мне известно о тебе. Ты знаешь, и я знаю, что ты знаешь… Каждый час, каждый день я думаю о том, что ты сделал с Троем и Лаурой и Кэрри, и если ты думаешь…
— Тихо, — сказал он успокаивающим тоном. — Тебе нужна помощь. Роб тоже так думает. Он очень озабочен твоим поведением. Он говорит, что, по его мнению, существует термин для того, что происходит с тобой. Для твоего синдрома.
— Синдрома? Я просто хотела послать тебе эту чертову книгу!
— Книгу, — сказал он. — Конечно. Ту, название которой ты никак не можешь запомнить?
— Дай мне свой адрес и потом катись куда угодно.
— Я так не думаю.
Можно было услышать, как он улыбается.
— Господи! — сказала я, захлебываясь от ярости. — Послушай…
Но говорила напрасно, на другом конце никто не отвечал. Брендан просто положил трубку. Я уставилась на телефонную трубку у меня в руке, затем грохнула ее на телефонный аппарат.
Снова забралась в остывшую ванну. Пустила горячую воду и, зажав нос, скользнула в нее. Слушала шум воды в трубах и биение собственного сердца. Страшно разозлилась и готова была разорваться на части.
Вынырнула, чтобы вдохнуть воздух, с мыслью, которая заставила меня выскочить из ванны и побежать обратно к телефону, оставаясь совершенно голой, скользя ногами по полу, низко пригибаясь, проходя мимо окна, чтобы никто не смог увидеть меня. Набрала 1471 и ждала, чтобы робот назвал мне номер телефона, с которого мне звонили. Забыла взять ручку и бумагу, поэтому пришлось держать цифры в голове и нараспев повторять их, пока я рылась в ящиках в поисках ручки и бумаги. Бегло записала их па случайной игральной карте, которая мне попалась, ином снова набрала 1471, просто для того, чтобы проверить их.
Это был номер 7852. Где же это могло быть? Где-то на юге Лондона, возможно. Это был не тот код, по которому я звонила часто, совершенно точно. Прошмыгнула на четвереньках под окном, затем пошла в спальню, вытащив по пути пробку из ванны. Надела хлопчатобумажные брюки с пузырями на коленях и свободную кофту и начала листать адресную книгу в поисках этих четырех цифр, пытаясь выяснить, в какой части Лондона находился сейчас Брендан. Должен же быть более рациональный способ найти их… Нашла телефонный справочник и, водя пальцем вниз по цифрам и строчкам имен, стала искать код района. Перед глазами уже все расплывалось от прилагаемых усилий, но все же я нашла то, что искала: Брекли.
Что же теперь? Не могла же я бродить по Брекли в поисках Брендана… Может быть, позвонить по этому номеру телефона и… ну и что же тогда? Еще раз поговорить с Бренданом? Нет, так поступить я не могла; даже простая мысль об этом заставила меня вздрогнуть. Налила себе большой бокал красного вина и затем повернулась к своему микрокомпьютеру типа лэптоп. Две минуты, две программы поиска, и передо мной уже название «Крэбтриз», кафе в Брекли. Похвалила себя за свою настойчивость и выпила глоток красного вина, которое оказалось довольно кислым. Посмотрела на часы: 7.35.
Сейчас мне уже известно, что это кафе. Можно рискнуть и набрать номер. Я звонила и звонила, а когда была уже готова положить трубку, кто-то ответил:
— Да?
— Это «Крэбтриз»?
— Да. Это платный телефон. Нужен кто-нибудь?
— О, вы можете назвать мне время работы кафе?
— Что?
— Время, когда кафе открыто.
— Точно не знаю, раньше здесь никогда не был. Оно только что открылось, я и подумал: зайду-ка я… С восьми утра до девяти вечера — вот что написано на объявлении у входа.
— Хорошо, спасибо.
— Впрочем, это и не бар.
— Нет?
— Здесь не подают спиртные напитки, только капуччино, выпечку, кондитерские изделия и травяные чаи со вкусом соломы.
— Спасибо.
— И вегетарианские блюда. Растительные.
— Ты оказал мне очень большую помощь…
— Люцерна. Всегда считал, что только коровы едят люцерну.
Я ни на минуту не прекращала думать. Вылила вино в раковину, надела хлопчатобумажную куртку и пошла. До Брекли метро не было, поэтому поехала туда на машине, вечер располагал к этому. Небо было золотое, даже пропыленные дома выглядели более приятно в его отблесках.
«Крэбтриз» находилось ближе к более дорогой части торгового ряда, между магазином, где продавали свечи и ветряные колокольчики, и бумагой, где продавали хлеб, «выпеченный точно так, как его выпекали римляне». Я проехала мимо кафе, потом нашла место, чтобы припарковать машину, всего в нескольких минутах хода от кафе, на случай если рядом появится Брендан.
Я медленно прошла вдоль здания, подняв воротник куртки, ощущая себя вопиюще заметной — абсурдная и неуклюжая пародия, на взгляд простого обывателя. Я представляла себе, что Брендан сидит около окна и наблюдает, как я прошаркаю мимо. Я бросила несколько беглых взглядов через стекло, но не увидела его. Затем я повернулась вокруг, прошлась еще раз мимо кафе. Оно практически было пустое, казалось, что там нет Брендана.
Я вошла внутрь. Ярко освещенное, воздух насыщен ароматом кофе, ванилина, кондитерских изделий и трав. Я заказала грушевый сок (с намеком на имбирь) и блины, все это взяла с собой в угол. Что же я буду делать, если он войдет именно сейчас? Мне нужно было бы купить большую газету, чтобы спрятаться за ней. Можно было бы вырезать в ней дырочку и смотреть через нее, или что-нибудь в этом роде. Даже поставленная раскрытая книга и то была бы лучше, чем просто так сидеть, выставленной напоказ. Но здесь было тепло и чисто, воздух пропитан ароматными запахами, на какое-то мгновение я позволила себе расслабиться. Я устала так, что не чуяла под собой ног, казалось, никакой сон не смог бы снять эту усталость. Положила голову на руки, сложенные вместе, и смотрела через щелочки между пальцами на улицу. Люди проходили мимо, мужчины и женщины шли куда-то, шагая целеустремленно. Никаких признаков появления Брендана.