Поправив очки, она медленно переступила порог кухни, намереваясь подойти к плите, но едва вскинув голову, Алекс застыла, увидев Тони, сидящего за столом. Сердце её подпрыгнуло в груди, а затем замерло, когда его пронзительные медовые глаза захватили её взгляд. И мгновенно самые яркие воспоминания тут же и совершенно некстати нахлынули на неё, заставив вспомнить прижавшегося к ней Тони, который целовал ей грудь. Алекс почувствовала, как у неё перехватывает дыхание, и начинают гореть щёки.
На нём была белая свободная рубашка, ладно сидящая на его широких плечах. Рукава были закатаны до локтей, обнажая золотистую кожу, покрытую светлыми волосками. Он держал в руке чашку чая, сжимая её длинными пальцами. Почти так же, невольно подумала Алекс, как вчера, когда эти самые пальцы сжимали ей грудь. На этот раз Алекс почувствовала, как у неё горят уши. Надо же, но ей удалось согреться, не выпив ни капельки горячего чая.
Грудь сжалась от мучительной боли. Боже, она не могла реагировать на него иначе! Стоило только взглянуть на него, как её сердце тут же таяло и рвалось к нему, позабыв обо всех тех доводах, которые должны были удержать её на расстоянии от него.
Тони мог бы улыбнуться ей, если бы не скверное настроение. Видя сейчас перед собой Алекс, такую невероятно притягательную и порозовевшую, он снова испытал те чувства, которые ему не следовало испытывать. Ему не следовало вообще ничего чувствовать к ней. Но это было невозможно. Почти так же как, если бы он запретил себе дышать. Она манила его, влекла сильнее любого наркотика. Тони не мог понять, почему так происходит. Он давно запретил себе чувствовать влечение к женщинам. Особенно эмоциональное.
Год назад, встретив Алекс, он решил, что просто поддался минутному порыву и что это больше никогда не повторится. Но он так сильно заблуждался. Это повторилось. И чем дальше, тем сильнее и глубже становились его чувства. И если Алекс ещё хоть немного побудет рядом с ним, он не сможет устоять перед ней, потому что больше не мог совладать с собой. Чувства, охватившие его, были сильнее его. И сильнее её, он знал это наверняка. Как и прекрасно понимал причины её густого румянца. Сердце его забухало в груди, когда Тони вспомнил, как крепко обнимал её вчера, как настойчиво притягивал к себе, как откровенно ласкал её, прижав к двери. Он действительно не мог соображать, когда она оказывалась рядом с ним. Знакомое напряжение тут же завладело им, когда горячие воспоминания встали перед глазами.
Сделав быстрый глоток, он незаметно скрестил ноги под столом и насупился ещё больше, пытаясь взять себя в руки. Тони посмотрел ей в глаза. Хоть румянец и выдавал все её чувства, но при этом она выглядела такой грустной, что он снова ощутил давящую боль в груди. И снова ему захотелось обнять её, прижать к себе и никогда больше не отпускать.
Боже, неужели случай с Ливи его ничему не научил? Беда заключалась в том, что Алекс как раз и не была такой, как Ливи. Совершенно. И это ещё больше усиливало его беспокойство.
- Доброе утро, - наконец, заговорил он, когда молчание затянулось.
Выражение его лица было таким серьезным и сосредоточенным, что Алекс запнулась, позабыв, как следует говорить. Она шагнула в кухню и, проглотив ком в горле, попыталась ответить ему.
- Д-доброе утро.
Алекс хотела подойти к плите, чтобы налить себе чаю, но Тони вдруг резко вскочил на ноги.
- Позволь мне, - сказал он, быстро взяв чашку. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, он налил горячей воды, а потом добавил немного заварки. - Ты пьёшь сладкий чай?
Не зная, что делать, Алекс присела на стуле. Напротив его места.
- Да… два кусочка сахара… пожалуйста.
Он бросил в чашку два кусочка сахара и, повернувшись к ней, поставил чашку перед ней.
- Прошу, - проговорил он, внимательно наблюдая за Алекс.
Она явно не ожидала ничего подобного и действительно была поражена его поступком. Но Тони было приятно удивить её. Он впервые наливал кому-то чай. Особенно женщине. Это было прерогативой женщин, но внезапно он понял, что ради Алекс сделал бы всё, что угодно.
- Спасибо.
Он обогнул стол и присел на своё место. Перед ним стояла тарелка с двумя пончиками с шоколадной начинкой, которые каждый день покупал Марк. Тони был в восторге от них и, нагнувшись вперёд, подвинул тарелку к Алекс.
- Угощайся.
Алекс как-то странно посмотрела на него. Затем перевела задумчивый взгляд на тарелку и покачала головой.
- Я не люблю пончики, - тихо сказала она.
Тони нахмурился, отметив, как она при этом быстро отвела от него свой взгляд. Как будто стремилась что-то скрыть от него.