— Скоро, Кариночка. Потерпи, пожалуйста. Вон ещё двух лялечек крохотных пропустим и следующие мы, ладно?
Дочь только гримасничает, но согласно кивает.
В кабинет заходит медсестра и выкрикивает нашу фамилию. Карина подпрыгивает от радости и тянет меня за руку: «Пошли, мамочка!». Я улыбаюсь ей и встаю с места.
Заходим в кабинет, где нас встречает приветливая медсестра. Осматривает Карину, задаёт несколько вопросов и, убедившись, что всё в порядке, делает прививку. Дочь даже не успевает испугаться, как всё заканчивается. Получаем рекомендации и покидаем процедурный кабинет.
— А мне не было больно, — с гордостью заявляет дочь, продолжая прижимать ватку к левому плечу.
— Ты же моя храбрая девочка, — не скупаюсь на похвалу, поглаживая её по волосам. — За это ты заслужила пойти в то детское кафе, которое мы видели по дороге сюда.
— Да-да, я очень хочу там побывать. Через окно увидела большого жирафа, — щебечет дочка.
Я улыбаюсь и соглашаюсь. Сегодня я готова выполнить любой каприз своей дочери, лишь бы видеть её счастливой и беззаботной.
В кафе Карина заказывает огромный молочный коктейль с клубникой и шоколадный кекс. Я же ограничиваюсь чашкой кофе. Наблюдаю за тем, как дочь увлечённо рассматривает яркие картинки на стенах и смеётся над шутками аниматора в костюме медведя. На какое-то мгновение мне удаётся забыть о своих проблемах и просто наслаждаться моментом.
И моё внимание привлекает входящие посетители. Передо мной будто весь мир останавливается, когда узнаю́, кто именно заходит в кафе. Я замираю, чувствуя, как внутри всё холодеет. В горле образуется огромный ком, и мне становится трудно дышать.
— Вкуснятина, — Карина полностью увлечена коктейлем и не видит, какая за её спиной развернулась картина. И молю бога, чтобы не увидела.
Расим держит на руках мальчика, и я догадываюсь, что это Эмиль. А за ними идёт девушка с чёрными, как смоль волосами. Они нас не видят и не замечают. Ищут свободный столик, и когда находят, устраиваются в метре десяти от нас. Троица смеётся и о чём-то оживлённо разговаривает.
Я в ступоре и не знаю, как мне реагировать. Сделать вид, что мы не знакомы, или быстро сбежать из кафе, пока не увидела их Карина. Внутри нарастает паника, смешанная с яростью и обидой. Хочется кричать, плакать, убежать подальше, но я заставляю себя оставаться на месте, сохранять видимость спокойствия. Карина всё ещё увлечена своим коктейлем, и я изо всех сил стараюсь не выдать свой мандраж, что прокатывается по всему телу. Пальцы дрожат так, что наверняка с таким симптомом я бы ни одним ключом не попала в замочную скважину.
Расим после якобы своей командировки, появился спустя два дня. Я ни слова ему не сказала, сделала вид, что мне он совершенно неинтересен, и никак не проявила интереса. Хотя муж старался сгладить углы и поговорить на более нейтральные темы. Но я намеренно избегала бесед с ним, демонстрируя мужу своё безразличие. Поэтому мне неизвестно, что именно произошло у Ляйсан и её сына.
И теперь я вижу их вместе воочию, а не на фотографии. И это значит, что Расим привёз свою вторую семью в наш город.
Принимаю решение, что нужно срочно уходить. Нельзя допустить, чтобы дочь увидела Расима с другой семьёй. Расплачиваюсь за заказ, беру Карину за руку и торопливо направляюсь к выходу.
— Мама, там папа, — Карина дёргает меня за рукав, а у меня сердце камнем падает в пятки. Всё-таки увидела. — Папа! Папочка! — кричит дочь на всё кафе.
Останавливаюсь, делаю глубокий вдох и медленно поворачиваю голову в том направлении, где сидит троица. И меня прошивает взгляд мужа, смотря растерянно и испуганно. Ляйсан и Эмиль тоже смотрят в нашу сторону, не понимая, что происходит.
Не дожидаясь моего ответа, Карина выдёргивает свою руку и пулей летит к отцу. Расим подхватывает её на руки и начинает что-то быстро говорить, прижимая к себе. Вижу, как Ляйсан недовольно поджимает губы, а Эмиль хмуро смотрит на Карину.
Собираю остатки самообладания и подхожу к ним. Стараюсь говорить ровно и спокойно, чтобы не сорваться на крик:
— Карина, поедем домой, папа сейчас занят.
— Папа, а ты с нами не поедешь домой? — после моих слов она смотрит на отца непониманием. Затем переводит внимание на Ляйсан и мальчика. — Здрасте, а вы работаете у папы? — спрашивает с детской наивностью у незнакомой ей тёти.
Ляйсан теряется, сначала смотрит на Расима, потом на меня. И я понимаю, что она прекрасно знает меня и не нужно ей представляться.
— Папа, — подаёт голос Эмиль.
И забываю, как дышать, потому что с лица Карины исчезает улыбка и теперь её очередь теряться и смотреть то на своего отца, то на мальчика, ожидая объяснений.