— Я ищу Синтию Мулен, — сказала она человеку со всей вежливостью, на какую была способна. — Не могли бы вы сообщить мне, где я могу ее найти?
— Зачем?
Он прошел с лопатой к лужайке и начал окапывать дерево.
Маргарет ощетинилась. Она привыкла к тому, что люди трепетали, заслышав ее голос — видит бог, она достаточно времени потратила на его тренировку, — и выполняли ее команды немедленно. Она сказала:
— Думаю, что ответ должен быть либо да, либо нет. Вы либо можете мне помочь, либо нет. Или вы меня плохо поняли?
— Все я понял, только мне начхать.
Он говорил с таким чудовищным акцентом, что был похож на персонажа костюмной драмы. Она продолжала:
— Мне надо с ней поговорить. Это необходимо. Мой сын сообщил мне, что она живет здесь… — Она попробовала произнести слово «здесь» так, словно хотела сказать «на этой куче мусора», но решила, что не будет ничего страшного, если у нее не получится. — Но если он ошибся, то я была бы вам очень признательна за информацию о том, где ее можно найти. А после этого я от вас отстану.
«Не то чтобы мне очень хотелось к тебе приставать», — подумала Маргарет, глядя на его волосы, которые отличались густотой, но при этом имели такой вид, словно их отродясь не мыли.
— Ваш сын? Это еще кто?
— Адриан Бруар. Ги Бруар был его отцом. Его-то, я надеюсь, вы знаете? Ги Бруара? Я видела вас на его поминках.
Последнее замечание, кажется, привлекло его внимание, потому что он оторвался от своего занятия и оглядел Маргарет с головы до ног, после чего молча направился через всю лужайку к крыльцу, откуда вернулся с ведром. В нем лежали какие-то гранулы, которыми он щедро засыпал канавку, выкопанную вокруг дерева. Поставив ведро на землю, перешел к соседнему дереву и снова стал копать.
— Послушайте, вы, — сказала Маргарет, — я ищу Синтию Мулен. Мне нужно поговорить с ней немедленно, и если вы знаете, где ее найти… она ведь живет здесь, верно? Это Ракушечный дом?
Маргарет подумала, что вопроса глупее этого ей еще не приходилось задавать. Если это не Ракушечный дом, значит, где-то ее поджидает кошмар еще похуже этого, что просто не укладывалось в голове.
— Вы, значит, его первая, — сказал мужчина и кивнул. — Я всегда хотел посмотреть, кто была его первая. Много узнаешь о человеке, когда видишь его первую. Понимаете? Сразу ясно, как он выбирал остальных.
Маргарет напряженно вслушивалась в его акцент, пытаясь разобрать, что он говорит. Улавливая лишь каждое четвертое-пятое слово, она тем не менее поняла, что этот тип нелестным образом комментирует их с Ги сексуальное партнерство. Нет, этого она не допустит. Контролировать ситуацию будет она. Мужчины способны любой разговор свести к «сунул-вынул», только дай шанс. Думают, что этим могут смутить любую женщину. Но Маргарет Чемберлен — не любая женщина. Пока она собиралась с мыслями, как лучше дать это понять стоявшему перед ней мужлану, в его кармане зазвонил мобильный телефон, который он вынужден был достать и раскрыть, тем самым разоблачив свое притворство.
— Генри Мулен, — сказал он в трубку и слушал почти целую минуту.
Потом без малейшего намека на акцент, которым он только что развлекал Маргарет, ответил:
— Сначала мне придется сделать замеры на месте, мадам. Иного способа сказать, сколько времени займет выполнение вашего заказа, не существует.
Послушав еще, он торопливо достал из другого кармана черную записную книжку. Записал в нее что-то, очевидно, дату встречи с особой, разговор с которой он закончил так:
— Разумеется. Буду счастлив помочь, миссис Феликс.
Вернув телефон в карман, он посмотрел на Маргарет так невозмутимо, словно это не он только что пытался убедить ее, будто знать не знает ничего, кроме стрижки овец где-нибудь в окрестностях Кестербриджа.
— Ага, — заговорила Маргарет угрожающе-вежливо, — теперь, когда это маленькое препятствие устранено, вы, может быть, все же ответите на мой вопрос и скажете мне, где я могу найти Синтию Мулен? Вы ее отец, насколько я понимаю?
Он не только не смутился, но и не раскаялся.
— Син здесь нет, миссис Бруар.
— Чемберлен, — поправила его Маргарет. — Где она? Я должна поговорить с ней немедленно.
— Невозможно, — ответил он. — Она на Олдерни. Помогает бабушке.
— А телефона у бабушки нет?
— Есть, когда не сломан.
— Понятно. Ну что же, мистер Мулен, может быть, так даже лучше. Мы с вами решим все сами, а она ни о чем даже не узнает. И не будет разочарована.
Мулен вынул из кармана тюбик с какой-то мазью, которую выдавил себе на ладонь. Втирая мазь в свои многочисленные порезы и ничуть не заботясь о том, что заодно с ней туда попадает и грязь, он пристально смотрел на Маргарет.