Она попалась ему ровно посередине, покрытая полувековой коркой земли, гальки и засохшей грязи, так что сначала он принял ее просто за продолговатый камень. Но, тронув ее ногой, заметил какой-то металлический блеск, словно внутри камня было что-то другое. Он подобрал находку.
Но обследовать камень, вися на середине утеса, не было возможности, поэтому он прижал его подбородком к груди и полез наверх. Там, при активном участии Табу, который оживленно обнюхивал предмет, Пол сначала перочинным ножом, а потом и голыми руками освободил от земли то, что она полвека держала в плену.
Кто знает, как она там оказалась? Немцы не стали прибирать за собой, когда поняли, что война проиграна и вторжения в Англию не будет. Смирившись с этой мыслью, они, как и другие неудачливые завоеватели до них, побросали на острове все, что мешало бегству.
Поэтому не было ничего удивительного, что возле сторожевой башни, где когда-то жили немецкие солдаты, продолжали находить принадлежавшие им предметы. И хотя находку Пола личной вещью назвать было нельзя, фашисты наверняка нашли бы ей применение, если бы союзники, партизаны или борцы Сопротивления совершили удачную высадку прямо у подножия их башни.
В полумраке убежища, которое открыл для него мистер Ги, Пол протянул руку за рюкзаком. Сначала, гордясь своей первой самостоятельной находкой, он хотел вручить ее мистеру Узли в Мулен-де-Нио. Но после того, что произошло сегодня утром, это стало невозможно, поэтому ничего больше ему не оставалось, кроме как спрятать ее здесь, где она будет в безопасности.
Табу поднял голову и следил за тем, как Пол расстегивал пряжки рюкзака. Мальчик сунул руку внутрь и вытащил оттуда свое сокровище, завернутое в старое полотенце. Как все заядлые кладоискатели, Пол развернул полотенце и окинул сокровище восхищенным взглядом, прежде чем вверить его надежному месту.
«Эта граната, может, и не опасна совсем», — подумал Пол.
Погода долго испытывала ее на прочность, прежде чем граната оказалась под землей, и вполне вероятно, что чека, которая приводила в действие взрыватель, давно заржавела намертво. И все же глупо таскать ее повсюду в рюкзаке. Он и без мистера Ги или кого-нибудь еще понимал, что простая осторожность требует припрятать ее надежно, чтобы никто случайно на нее не набрел. По крайней мере до тех пор, пока он не решит, что с ней делать дальше.
Во второй камере дольмена, где они с Табу прятались сейчас, был тайник. Его тоже показал ему мистер Ги — естественную расщелину между камнями, из которых была сложена внешняя стена.
— Сначала ее, конечно, не было, — говорил мистер Ги. — Но время, погода и подвижки грунта сделали свое дело. Создания рук человеческих бессильны перед природой.
Тайник был прямо рядом с кроватью, и непосвященному могло показаться, что это просто небольшое отверстие в камнях. Но, просунув в него руку поглубже, можно было обнаружить вторую щель позади ближнего к кровати камня — в ней и следовало хранить вещи слишком ценные для того, чтобы выставлять их на всеобщее обозрение.
— Я показал тебе тайник, Пол, а это кое-что значит. Больше, чем можно сказать словами. Больше, чем можно даже подумать.
Пол помнил, что в тайнике достаточно места для гранаты. Он уже просовывал туда руку раньше, вместе с мистером Ги, который ободряюще шептал ему на ухо:
— Не бойся, мой принц, сейчас там пусто, я бы не стал так глупо подшучивать над тобой.
Так он узнал, что там есть пространство размером с два кулака, сложенных вместе, — для гранаты более чем достаточно. И глубины тайника тоже вполне хватало. Пол так и не смог нащупать дно, как ни вытягивал руку.
Он отодвинул кровать в сторону и поставил ящик со стоящей на нем свечой на середину алькова. Табу заскулил от такой перемены в своем окружении, но Пол ласково потрепал его по голове и тронул за мокрый нос.
«Все в порядке, — говорил собаке его жест. — Здесь мы с тобой в безопасности. Никто не знает об этом месте, только ты и я».
Бережно держа гранату в руке, он лег на холодный каменный пол. Просунул руку в узкую щель. Дюймах в шести от начала она становилась шире, и хотя заглянуть внутрь он не мог, но знал, как нащупать второй тайник, так что без труда мог бы положить туда гранату.
Но затруднение все-таки возникло. На глубине четырех дюймов в щели оказалось что-то еще. Костяшки его пальцев уперлись во что-то твердое, неподвижное и совершенно неожиданное.
Пол испуганно отдернул руку, но сообразил, что нечто внутри явно не живое, а стало быть, и бояться нечего. Осторожно опустив гранату на кровать, он поднес свечу ближе к щели.