В медведе Влада узнала Невского. Её приёмный отец в белом халате несёт её на руках, как маленькую девочку, а она только смотрит через его плечо на ребят. Никита и Марьян сидят на кушетке в стерильно-белой палате, и они тоже просто дети. Влада делает ещё одну попытку позвать их и просыпается.
– Чёрт!
Машина всё ещё ехала, за окном по-прежнему была стягивающая темнота. Марьян бросил на Владу обеспокоенный взгляд в зеркало заднего вида, а Никита обернулся:
– Ты чего? Всё хорошо?
Она на всякий случай посмотрела на дверь — заперта ли, и не проглядывается ли в этой черноте силуэт медведя.
– Приснилось что-то...
В пояснице закололо – опять. Влада засунула руку сзади под футболку и нащупала выпуклый узор на коже, пальцами повторила его очертания от начала до конца: «693007skh». Девять символов, все на месте – будто они могли куда-то деться. Этот шифр был с ней гораздо дольше, чем сама татуировка: он долгое время всплывал перед глазами, возникал, будто ниоткуда, преследовал днём, снился ночью, пока Влада не попробовала рисовать его. Она сделала тысячи эскизов, писала его даже на салфетках в ресторанах, изрисовала руки, но это не помогало. Кто-то старался сделать так, чтобы она помнила этот набор символов. И она решила запечатлеть его навсегда – на своей коже, может, тогда он покинет её разум. Но то ли мастер сделал ошибку, то ли татуировка оказалась слишком мелкой, а может, и то, и другое, но на тройке остался шрам. Это место дольше всего кровило и заживало и теперь покалывало время от времени. И вроде бы план удался: эти символы покинули её мысли, но теперь напоминали о себе другим способом.
Влада потёрла лицо и подалась вперёд – посмотреть, почему Марьян замедлил ход.
– Мы приехали?
– Началась разбитая дорога.
– Скажи-ка мне, – пробормотала Влада, надевая куртку, – что именно тебе написала Женя?
– Она начала искать настоящих родителей и вышла на наш детдом. Потом она прислала сообщение, что едет в соседний город. Кто-то дал ей наводку, что там находится научный центр, где работали наши приёмные родители. Женя решила, что найдёт там ответы, говорила, что «интуиция» её ведёт.
– Почему она никогда не писала об этом в общем чате?
– А почему вы никогда не писали о своих «потрахушках» в общем чате?
– Туше, – хмыкнула Влада. – И? Что было потом?
– Пришло сообщение, что за ней кто-то следит, и если она не выйдет на связь в ближайшие сутки, значит, её надо вытаскивать.
– Ты её родителям сказал?
– Передал через шесть рук, чтобы моё имя не мелькало.
– Удалось отследить, откуда было отправлено сообщение?
– Ник дал мне координаты, мы почти на месте.
– Проблема в том, – пояснил Никита, – что в каналах, которые я создал, сообщения удаляются автоматически через минуту, их невозможно восстановить, а значит, никак не узнать, откуда она писала. Мы успели отследить только последнее, и оно было отправлено из пустоши – на карте никаких городов там нет. Возможно, она отправила его по пути...
– И что же мы будем делать?
Марьян остановил машину и вгляделся вперёд.
– Спрашивать местных.
Неподалёку виднелся дом, уличный свет освещал небольшой двор и забор из тонких досок.
Все трое вышли из машины и направились туда. Никита на всякий случай достал «оружие» Кира и раздал ребятам. Марьян похлопал его по плечу:
– Да расслабься ты, мы просто дорогу спросим!
– Никогда не знаешь.
– Может, лучше в машине подождёшь?
– Пошёл ты.
Ребята подошли к калитке. Во дворе кто-то в фартуке и с косынкой на голове, возился с инструментами у небольшого стола – уже потом Марьян разглядел в том столике наковальню, а в том ком-то – девушку. Увидев гостей, она застыла с молотом в руке.