Стоял теплый августовский день, и Декстеру стоило больших усилий не уронить на землю все свои чемоданы, пока он шел по тротуару. Следуя указаниям нескольких временных знаков по сторонам дороги, будущий студент добрался до лужайки университета, расположенной в квартале от автобусной остановки, позволив себе наконец поставить чемоданы на землю и отдохнуть.
Именно так Декстер себе все и представлял. Перед ним простиралась не скромная лужайка, а целое поле, по площади равное нескольким городским кварталам: в сочной ярко-зеленой траве тут и там виднелись клумбы, скульптуры и раскидистые деревья. По краям его стояли большие каменные и кирпичные здания, ласкающие взгляд мягкой патиной прошлых веков: они смотрели своими окнами на снующих внизу людей, словно старые доброжелательные профессора, носящие очки в роговой оправе.
Куда бы Декстер ни посмотрел, повсюду кипела жизнь. Толпы студентов болтали друг с другом, смеялись, слушали музыку, гремевшую из бумбоксов, или просто лежали на траве, перелистывая страницы книг. И все они выглядели невозможно счастливыми, умными, богатыми и чудовищно самоуверенными. На секунду Декстер засомневался, и его настроение стало резко падать. С чего это он решил, что люди здесь будут чем-то отличаться от Зака, Дэрила и других придурков, столь часто встречавшихся ему дома? На мгновение парню захотелось все переиграть, просто исчезнуть в какую-нибудь трещину в стене, прежде чем его заметят.
Затем Декстер выпрямился, напомнив себе, что он сам сюда стремился. Его должны заметить. В конце концов, эти люди ничего о нем не знают. Он — один из них, и это все, что окружающим должно быть известно.
Пытаясь выглядеть уверенно и с ужасом понимая, что выходит это у него из рук вон плохо, Декстер натянул на лицо приличествующую случаю вежливую улыбку и подошел к парню своего возраста, который стоял, прислонившись к фонарю, и читал газету.
— Простите…
Тот взглянул на него. Это был лощеный тип, с виду явно выпускник частной престижной школы, одетый в шорты цвета хаки и модную рубашку поло, которая стоила столько же, сколько мать Декстера платила в месяц за аренду квартиры. На мгновение Декстер съежился под его взглядом, уже ожидая, что этот роскошно выглядящий незнакомец посмеется над ним или просто оскорбит, а может, и позовет друзей, чтобы они присоединились к веселью.
Вместо этого тот просто улыбнулся в ответ.
— Привет, парень! — сказал он. — Какие проблемы?
Декстер был настолько шокирован, что не сразу нашелся с ответом.
— Э… Прости, — запинаясь, начал он. — Ну, я просто ищу место, где надо зарегистрироваться. Ну, где вписаться или вроде того…
Голос предательски дрожал, и Декстер чувствовал, что выглядит как полный дурак. Пока что Супердекстер выглядел и вел себя как Старый, Тупой, Никчемный Декстер.
— Да без проблем. — Его собеседник, казалось, не заметил волнения своего нового знакомого. Он указал на одно из впечатляющих строений на другом конце поля. — Это вон то большое здание, прямо напротив нас. Я только что оттуда. Ты тоже новенький?
— Да. — Он позволил себе выдохнуть, с ужасом осознавая, что все еще натянуто улыбается. — Да, я новенький. Большое спасибо.
— Пожалуйста. Увидимся.
Декстер поспешил туда, куда указал ему парень, теперь едва замечая вес чемоданов.
«Это может получиться! — подумал он, позволив себе в первый раз подумать об этом. — Все реально работает!»
Даже когда Декстер узнал про доставшиеся им деньги, когда его приняли в университет, когда тетя Паула подписывала чек… даже тогда он все еще не осмеливался надеяться, что его жизнь действительно может измениться. Но теперь…
Перед самым зданием Декстер остановился, оказавшись в компании таких же счастливчиков, и погрузился в сладостные мечтания. Он представил себя в окружении друзей, таких как тот парень, которого он только что встретил, прогуливающегося по этой лужайке или сосредоточенно готовящегося к какому-нибудь ответственному экзамену. В его воображении мелькали старые суровые профессора, раздающие программы, наполненные интересными материалами для чтения; Декстер представлял, как он сидит в одиночестве в тихом уголке библиотеки среди древних, пыльных, переплетенных в кожу фолиантов, не обращая внимания на время, упиваясь красотой классических шедевров; он мысленно видел огромные лекционные залы, переполненные студентами, внимающими каждому слову преподавателя, или семинары, где можно высказывать свои взгляды на политику и философию, говорить обо всем…
«А как насчет медицинской карьеры, парень?»