— Кто?! — не поверил своим ушам Темный Лорд.
— Гарри Поттер, мальчик-который-выжил, герой магического мира. Какое имя тебе больше нравится?
— Ты же не шутишь? — планы по привлечению Поттера на свою сторону роились во вновь гениальном мозгу. Если раньше он не был уверен, что это получится, то после такой новости вопрос был практически решенным.
— Стал бы я шутить подобными вещами. Поттер еще не дал ответа, но я почти на сто процентов уверен, что он согласится.
— А Снейп?
— Снейп! — хихикнул Люциус, вспоминая как тот облизывал голодным взглядом фигурку гриффиндорца. — Снейп вцепится в него всеми конечностями, похлеще мантикоры. Северус влюблен впервые за очень долгое время, и будет бороться за свое счастье.
Том вжался пахом в ягодицы любовника, прижимая его ближе.
— За такие новости ты заслужил награду, — шепнул он на ушко.
— Дааа? И какой же она будет?
— Увидишшшшь, — прошипел Волдеморт и аппарировал их в спальню.
Северус крутил в бокале темно-красное вино, любуясь на то, как преломляется свет свечей в рубиновой жидкости. Он смаковал воспоминание о нежных, немного обветренных мальчишеских губах, о неуверенном взгляде, о согласии, обо всем, что произошло сегодня вечером. Он, пожалуй, был даже благодарен Дамблдору за его интриги, иначе он бы никогда не разглядел в Гарри того, кто смог отогреть его сердце.
Гарри… Северусу было жаль, что все происходит так скоропалительно. Он жалел о том, что у него нет времени поухаживать за желанным партнером, добиться от него настоящей взаимности, вызвать в нем настоящие чувства. Хотя, с другой стороны Северус не был уверен, что Гарри, не будучи вынужденным в срочном порядке искать партнера, обратил бы на него внимание.
— Все, что ни делается — все к лучшему, — прошептал Северус, салютуя бокалом.
Он встал, накинул выходную мантию и подошел к камину, чтобы бросить порох и исчезнуть в зеленых всполохах. У него на сегодня было еще одно дело — ему срочно нужно было посетить банк.
В воскресенье за обедом, завтрак он благополучно пропустил, к Гарри уже привычно подсела Джинни.
— Милый, — она обхватила бокал с соком и поднесла его к, как ей казалось, призывно блестящим ярко-морковной помадой губам, и похлопала густо накрашенными ресницами, — где ты был вчера вечером? Я думала, что ты пригласишь меня на прогулку по вечернему Хогвартсу, и мы сможем… ну, ты понимаешь?..
Последние слова она произнесла томным шепотом на ухо Гарри, вымазав мочку помадой, намекающе приподняв тонко выщипанные брови.
— Я был на отработке, Джинни, — как Гарри удалось сдержать брезгливую гримасу и не отшатнуться от приставучей девчонки, он не представлял. Но, помня о директоре, пристально за ним наблюдающим, он повернулся и сказал: — обещаю в следующую субботу устроить тебе настоящий сюрприз.
— Правда?! А какой?
— Ну это же сюрприз, я не могу о нем тебе рассказать, — таинственно прошептал Гарри.
Джинни просияла, а Рон, наконец-то разглядевший непотребный вид своей сестры (боевой раскрас вместо макияжа, хищный алый маникюр, юбку, больше похожую на широкий пояс и декольте до пупа), подхватил ее под локоть и выволок из Большого зала.
— Куда ты меня тащишь? — возмущалась она.
— Умываться и переодеваться, — рявкнул Рон.
— Гарри не против моего вида!!! — визжала она, не сдерживая громкость, а половина старшекурсников, кто-то с сочувствием, а кто и со злорадством смотрели на Поттера.
— Мио, — повернулся Гарри к подруге, — как же мы это все проглядели?
— Это не мы, — отрезала Гермиона, которая, в отличие от мальчишек, все же пыталась несколько раз поговорить с Джинни, впрочем, ничего не добившись, — у нее есть родители, старшие братья, наша декан в конце концов.
— Может ты и права, — Гарри тряхнул головой, откидывая ненужные мысли, — чем займемся?
— Я пойду в библиотеку, у меня эссе по чарам не дописано. Может ты со мной?
— Мистер Поттер будет занят, — прозвучал голос Снейпа над головой. Он еле удержал себя в руках, глядя, как к уже ЕГО Гарри тянет похотливые ручонки эта рыжая пигалица.
Гарри покраснел. Он всю ночь и утро героически отгонял от себя мысли о поцелуе, о том, как назвал этого мужчину по имени. А уж вспоминать о своем согласии на брачный союз… ох… И вспоминать страшно! Страшно, но сладко, до горячего клубка в животе и поджимающихся пальцев на ногах.
— Сэээр? — вопросительно протянул он, не смея обернуться, наклоняя голову ниже, пряча покрасневшие щеки и уши.
— Зелья для больничного крыла не доварены, Поттер. Так что жду вас через пятнадцать минут в классе.
И ушел, взмахнув мантией.
— Гарри, ты ничего не хочешь объяснить? — Гермиона подозрительно смотрела на Поттера.
— Мио, я все расскажу, только не здесь и не сейчас, — Гарри просительно заглядывал в глаза подруге, — ты же знаешь, что он мне помогает…
— Ох, Гарри, главное не вляпайся в очередные проблемы.
— Я из них как раз выкарабкиваюсь, Мио. Ну все, я побежал.
Гарри постучался и вошел в класс, не зная, чего ожидать. Сердце громко билось в каком-то предвкушении, руки похолодели, а в мозгах кружился только один вопрос: «Поцелует или нет?». И не то чтобы Гарри вдруг безумно влюбился в Снейпа, но он был подростком, гормоны плясали джигу, а вчерашнее мимолетное прикосновение сухих губ было самым эротичным переживанием за всю его жизнь, если забыть о Чжоу. Да и та пара поцелуев с девушкой не оставили в его памяти приятного следа — мокро, скользко, страшно. А с парнями у Поттера вообще не было никакого опыта, за исключением мокрых снов с участием неопознанного партнера. Вот и заходилось сердце в заполошном ритме от ожидания.
Северус заметил метания Гарри, его бегающий взгляд, сбитое дыхание, юркий язычок, облизнувший губы. Он подошел, аккуратно приподнял пальцами лицо — хоть и хотелось впечатать юношеское тело в себя, но приходилось сдерживаться — и легко поцеловал, едва прикоснувшись к губам Поттера. Тот всхлипнул и ответил на поцелуй, трогательно, вытянув губы трубочкой, неумело… совершенно неумело, но так правильно… захватив в пальцы черную мантию, прижимаясь, ластясь. Северус легонько приобнял за талию, оторвался от сладкого рта и прижался губами к ушку:
— Чщщщ, тихо… — он поглаживал спину, успокаивая Гарри, — я тебя сейчас отпущу, и мы будем варить зелья, хорошо?
Гарри кивнул и выпутал пальцы из смятой им ткани.
— Простите, профессор.
— А вчера был Северус, — ласково хмыкнул Снейп и отошел от Поттера.
— Северус, — исправился Гарри.
— Так мне больше нравится, — Снейп довольно улыбнулся, снова вводя в ступор Гарри своей улыбкой, которая совершенно преображала лицо мужчины, делая его почти неотразимым, — а теперь быстро за работу.
— Думаете, директор сегодня придет нас проверять?
— Уверен, — кивнул Снейп, — причем долго ждать его не придется.
— Значит, будем работать, — ответил Гарри и подошел к рабочему столу, принимаясь за нарезку очередных противных тварей.
Северусу нравилась такая покладистость Поттера, он находил в юноше все больше черт, которые разительно отличали его от Джеймса, что не могло не радовать Снейпа.
— Гарри, при директоре я немного покричу на тебя, не то, боюсь он начнет что-то подозревать, — предупредил Снейп.
— Я понимаю, про… Северус, — кивнул Гарри и склонился над столом, отрывая крылья жукам.
Почти час прошел в уютной тишине, нарушаемой только стуком ножа о доску или постукиванием лопаточки о стенки котла. И вдруг, совершенно неожиданно для задумавшегося Поттера, раздался голос профессора Снейпа, не Северуса, а именно профессора.
— Поттеррр!!! — он почти прорычал фамилию, заставив Гарри вздрогнуть и уронить на пол миску с крылышками, которые разлетелись по всему полу, а сама миска разбилась, окатив Гарри фарфоровыми брызгами, — ты, такой же тупой неумеха, как и твой папаша!!! Руки из задницы у тебя растут, что ли? Зелье запорол, теперь еще и крылья златокрылки рассыпал, раззява!!!