В толпе мертвецов кто-то хрипло рассмеялся. Мифер не сразу понял, что смех принадлежит Кролу. На большее сейчас гном был не способен.
- А я уж обрадовался, что избавился от тебя, - хмуро пошутил сыщик.
- Хватит! – начал терять терпение Ольт, сильнее стуча зубами. – Срежьте татуировку, а затем отдайте его Латиялу, - распорядился он, обращаясь к своим гниющим слугам.
- Ну все! – занервничала Сильва. – Я выполнила то, что обещали тебе наставники, теперь выпусти меня из своего склепа.
- Выпустить? – внимание Ольта переключилось на предательницу. – Как я могу выпустить такую молодую и свежую плоть.
Он подошел к девушке и, взяв гниющей рукой за подбородок, начал изучать ее лицо.
- Мне нравятся твои глаза. Ты знаешь, что такой насыщенный зеленый цвет зрачков можно встретить только у малани?
- Я гартрид! - с гордостью заявила Сильва.
- Поверь мне, в тебе больше от малани, чем ты можешь себе представить. Я это чувствую.
- Ты врешь! Я бы никогда не поступила в институт Рашилайи, если бы моя кровь была не чиста.
- Порочность малани сложно заметить в детях. Обычно их греховная суть дает о себе знать намного позже.
- Я не малани, - процедила сквозь зубы Сильва.
- Ты можешь верить во что угодно, истина от этого не изменится.
- Черт с тобой, думай, что хочешь, только выпусти меня отсюда.
- Ты всегда будешь для наставников вторым сортом и расходным материалом. Жизнь полукровки не важна для них. Останься со мной, и я подарю тебе вечность.
- Убери от меня свои руки, от них воняет, - начиная терять контроль, взвизгнула Сильва.
Пальцы Ольта соскользнули с подбородка девушки, сжав ее шею.
- Скажи, что подумаешь о моем предложении, - потребовал он.
Лицо Сильвы покраснело, глаза налились кровью, но сейчас она была готова согласиться с чем угодно, лишь бы выбраться на свободу.
- Хорошо, - сказал Ольт, ослабляя мертвую хватку. – Не забывай о своем обещании. – Он повернулся к девушке спиной, устремляя взгляд к мертвецам. – Отправьте ее на поверхность. Гнома под нож – у расы клор отличные внутренности. С сыщика снять кусок кожи, где находиться татуировка. Только не убивать – Латиял не любит, когда за него делают работу.
- Но это мы еще посмотрим, - возразил Мифер, но сил на сопротивление уже не осталось.
Мертвецы скрутили его и потащили куда-то по узкому коридору.
В операционной пахло гнилью и кровью. В углах валялись белые кости, на полу куски разлагающейся плоти. Некоторые отрезанные конечности подавали признаки жизни: пальцы сжимались в кулак, мышцы судорожно напрягались, а на валявшейся в углу половине черепа поднималось и опускалось века единственного глаза.
Мифера привязали к столу лицом вниз. Сорвали куртку и рубашку, обнажая спину. Два мертвеца подошли с боков и взялись за полукруглые ножи с ручками по центру. Прелюдия была недолгой. Сталь вспорола кожу, лязгнув о кости. Боль придала сил. Мифер заорал, напрягая мышцы. Веревки затрещали. Казалось еще немного - и они порвуться, но мертвецы вовремя схватили его за руки и за ноги, позволяя двум собратьям с ножами закончить начатое.
На пороге в операционную появился Ольт, принимая из рук своих творений, кусок окровавленной кожи, на которой должна была находиться татуировка. Вот только… Татуировки не было.
Кошмарная рана на спине Мифера медленно начинала зарастать.
- Интересно, - протянул Ольт, наблюдая, как появляется новая кожа, а на коже… старая добрая татуировка. – И что мне прикажешь с тобой делать? – обратился он к находившемуся в полубессознательном состоянии Миферу.
- Отпусти меня и обещаю, когда вернусь, убью тебя быстро, - прошептал сыщик.
- Забавно, но нечто подобное я недавно слышал от твоего низкорослого друга.
- Этот гном мне не друг.
- И он о тебе говорил тоже самое.
Ольт забрал у мертвеца полукруглый нож и нанес Миферу глубокий порез, повреждая недавно сформировавшуюся кожу. Хлынула кровь, скрывая рану. Ольт смахнул кровь рукой, внимательно наблюдая за глубоким порезом. Несколько минут ничего не происходило, если не считать проклятий Мифера, обещавшего освободиться и причинить своему мучителю столько страданий, что смерть покажется ему желанной.