строительство одобрил Аллен Даллес, директор ЦРУ в те годы. Он был не только в курсе всех дел, но и следил, как завершается строительство. Глубина залегания туннеля составляла примерно пять метров, его длина составляла около 500 метров. В случае возникновения чрезвычайной ситуации, например, его обнаружения советскими сотрудниками, туннель должны были взорвать. Внутри под плитами его облицовки через определенные расстояния закладывалась взрывчатка, специально рассчитанная для обвала земли таким образом, чтобы на поверхности ничего не было заметно. К февралю 1955 года туннель был практически готов. Подготовили помещения, где находились звукозаписывающие устройства, организовали команду переводчиков. На определенных участках туннеля были расположены стальные двери с надписями на немецком и русском языках, предупреждающие случайных посетителей об опасности. По обеим сторонам туннеля американцы уложили мешки с песком для лучшей изоляции. На них и укладывались кабели. И звукозаписывающая и прослушивающая работа началась. Вся эта операция носила кодовое название «Голд» — «Золото» и стоила американской казне не один миллион долларов. С помощью подключенных кабелей американцы, по сути, перехватывали все телефонные переговоры, которые велись из района Карлсхорст, где располагалась Советская военная администрация, с Москвой и Вюнсдорфом, где разместились основные воинские подразделения и танковые части. Но вся эта дорогая операция по подслушиванию длилась не очень долго — до апреля 1956 года. Именно во второй половине апреля соответствующие воинские подразделения Красной армии начали прощупывание земли в районе аэропорта «Шёнефельд» и самой улицы под таким же названием. И спустя несколько часов пробили отверстие в незнакомый туннель. Его расширили, и несколько человек спустились вниз. Там они обнаружили прекрасно подготовленное помещение со специальным оборудованием для проведения разведывательных операций — в частности, подслушивания, там же были плитки для приготовления еды, кофеварки. Все было сделано капитально, как если бы американцы вместе с англичанами собирались заниматься шпионажем не один десяток лет. Конечно, может возникнуть резонный вопрос: а каким образом советское командование узнало о прокладке кабеля, как вышли на его точное месторасположение — американцы, со своей стороны, постарались, чтобы никакая утечка не была возможной? Да и утечки, собственно, не было. Вопрос в том, что в центральном аппарате у англичан, то есть в Лондоне, работал человек, или «крот», который был прекрасно осведомлен о строительстве этого туннеля. Он все знал о его целях и задачах, о направлении и оборудовании и заранее по своим секретным каналам предупредил об этом Москву. Но там, чтобы не завалить своего ценного агента, приняли решение все оставить так, как есть, до поры до времени, только предупредили Советское военное командование, чтобы по телефонам не вели секретных переговоров. Но если командование предупредить можно, то население Берлина об этом не предупредишь. И, конечно, кое-какую ценную информацию американцам все же удалось получить. Шумихи не поднимали еще по одной причине — первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев собирался впервые отправиться в Англию и нанести визит королеве Елизавете. Чтобы не омрачать дух переговоров, чтобы добиться определенных политических результатов, пропагандистскую шумиху решили попридержать. И только в апреле 1956 года из Москвы пришел сигнал — пора. «Открытие» туннеля поручили провести военному командованию, не примешивали сюда советскую разведку, опять же с целью выгородить свой источник информации. Для большей убедительности «случайного открытия» к расследованию подключили восточноберлинских специалистов, они должны были засвидетельствовать этот факт и разнести его по городу. Так совместно советские офицеры и немецкие специалисты вошли в туннель и направились в сторону Западного Берлина. Их разговор тотчас был «услышан» на противоположной стороне американцами. Вслед за ними в туннель вошли советские связисты с кинокамерой и фотоаппаратами, и началась съемка. Они добрались до крупнокалиберного пулемета, затем до двери, на которой была надпись: «Вы входите в американский сектор». Собственно, на этом техническая и разоблачительная часть операции была закончена. Все кабели были перерезаны, микрофоны перестали передавать информацию, звукозапись прекратилась. Оставалось только всю проведенную операцию оформить информационно и с выигрышным эффектом. Так и произошло, советское командование организовало широкую международную пресс-конференцию с показом вещественных доказательств — фото- и кинодокументов. Одновременно американскому руководству в Западном Берлине был официально направлен протест от начальника штаба Группы советских войск в Германии с требованием опубликовать его в печати. Все эти шумные пропагандистские мероприятия проводились уже после того, как в Берлин по тайным каналам прибыл источник, «крот», организовавший всю эту утечку информации. Это был Джордж Блейк. Он родился в Роттердаме, его отец был евреем из Каира, а мать голландкой. Во время Второй мировой войны он воевал в голландском Сопротивлении, затем оказался в морской разведке Великобритании. Завербовали его во время американского конфликта с Кореей. И он около десяти лет служил советской разведке. Попал в лондонскую тюрьму. Сумел из нее выбраться и тайно выехал в СССР. Но его послужной список — это особый разговор.