…Смоленская область. Леса, окруженные болотами и воронками еще со времен Великой Отечественной. Грибов видимо-невидимо…
«Грибов действительно было много, сначала брали все, как обычно, потом начали выбирать, фотографироваться, – продолжает свой рассказ Олег Кузнецов. – Самое интересное, что дорогу обратно не нашли, потому что заблудились, заплутали…»
Дурные предчувствия буквально витали в воздухе. Друзья почему-то сразу подумали о том, что большую часть грибов они собрали внутри ведьминого круга…
«Ведьмины круги – почему их так называют? – поясняет Ирина Уханова, главный редактор журнала «Грибник России». – А потому что они растут каким-то ровным кольцом. Кто их так посадил? Кольцо все вырастает, а внутри пустота. А, наоборот, по периметру кольца – зеленая трава. Ну, так люди осторожненько с краю брали, но зайти вовнутрь кольца ведьминого – это считалось очень страшным».
По древним поверьям, именно жадность при сборе грибов загубила многих. Хотя как удержаться грибнику, когда глаза разбегаются?.. Ведь в ведьминых кругах в огромных количествах растут шампиньоны, млечники, говорушки. Они чередуются с поганками и мухоморами, которые, по поверьям северных народов, способны перевоплощаться в людей, заманивать грибников в болота и топи и подолгу не отпускать домой…
Рассказывает историк шаманизма Олард Диксон: «Путник, обычный путник или охотник идет по лесу, по тундре идет, и девушки-мухоморы являются перед ним в виде обнаженных красавиц и заводят его в чащу леса. И он живет с ними долгие годы, а ему кажется, что прошла всего лишь секунда времени. Потом, когда он возвращается к людям, оказывается, что прошли десятилетия с тех пор, пока он был в плену у девушек-мухоморов».
Современная наука считает легенды о девушках-мухоморах анахронизмом, суеверием. Олег и его друг, приехавшие на Смоленщину собирать грибы, тоже думали так, пока не столкнулись с необъяснимым. Все началось с того, что они заблудились…
«Решили заночевать в лесу. Естественно, о грибах все забыли, все бросили. Первая ночь прошла просто ужасно, слышалось, будто собака где-то в километрах двух-трех лает», – говорит Олег Кузнецов.
Они нашли приют в какой-то заброшенной заимке со срубом и покосившимся гнилым сараем. Лай собаки Олег услышал уже в полудреме. Ночь была полна неожиданных и порой кошмарных видений.
Олег вдруг увидел себя со стороны, но почему-то стариком, лежащим на кровати в незнакомом доме. Он прислушался к мертвой тишине комнаты, освещенной лунным светом, и – снова провалился в бездну необычного сна…
…Молодая, полногрудая девушка в прозрачной одежде без всякого стеснения танцевала на лужайке. Ее выгоревшие на солнце волосы отливали золотистым блеском.
– Кто эта девушка? – Олегу нестерпимо захотелось разглядеть ее лицо…
А она каким-то непостижимым образом зашла в его спальню. Девушка игриво улыбалась, подходя все ближе и ближе, бесстыдно обнажаясь перед ним…
Он отвел взгляд и на секунду зажмурился, чтобы вдохнуть побольше воздуха. Он вдруг подумал, что лицо незнакомки схоже с его жизнью, с его прошлым, которое расплылось в этом сне и, видимо, никогда не вернется.
…Где-то на улице снова одиноко завыла собака…
Он открыл глаза и онемел: над ним стояла старуха – несуразная, кособокая…
Старуха, увидев его чудовищный испуг, беззвучно засмеялась, а затем прошептала: «Встретимся в аду!..»
Олег мгновенно проснулся и почувствовал, как холод сковывает его тело…
«Мы были замерзшие, усталые, естественно, голодные, все бутерброды съедены. Вышли на дорогу и только начали уходить, как вдруг такое видение: рядом с теми домами, где мы были, бабушка в телогреечке, в светленьком платочке, куда-то уходит, и все, – ну, мы бегом туда, а бабушки след простыл».
Бабушка словно играла с ними. Это было похоже на мираж. Она то превращалась в молодуху, протягивая руки и исчезая, то становилась женщиной бальзаковского возраста. В последний раз ее спина возникла перед ними уже на третьи сутки похождений. Старуха повернулась к ним лицом. От увиденного ноги подкосились, дыхание сперло, но грибники из последних сил побежали обратно и, о чудо, вышли на какую-то заброшенную дорогу…
«И действительно, вот чудо, – вспоминает Олег, – наверное, километра через два-три вышли на уже более-менее приличную дорогу, видно, что ездят. Часа два подождали, – идет «уазик», до сих пор помню: дядя Вова сидел за рулем. Мы с Лешей перекрестились, к нему засели, начали рассказывать свою историю. Самое интересное то, что в этих местах не первый случай: бабушка то заводит, то выводит. Мы ему рассказали про нашу жадность, про наши грибы, он махнул рукой, говорит: обыкновенная история».