Я в ужасе отвела взгляд и только вздохнула поглубже, чтобы высказать ему все, что думаю о подобном поведении, как услышала, что меня зовут.
– Леди Марита! Ваша Милость, нам бы след обратно выезжать, если хотим до сумерек в замок вернуться, – Эрл поднялся по ступенькам и зашел в дом. – А то помните, что проводник-то нам рассказывал про вчерашнего покойника? Ваша Светлость...
Мальчишка отвесил почтительный поклон д'Оррэлю.
– Здорово, – совсем уже по-простецки ответил Эрлу тот, нахмурившись. – Какого еще покойника?
– На днях опять какого-то селянина зверь задрал, – бойко поведал юнец с восторгом кумушки, которой не терпится поделиться такой чудесной новостью, – говорят, он у вас тут частенько по ночам шалит.
С лица рэя сразу сбежало выражение снисходителной насмешки. Он вмиг посерьезнел, сжал обмотанную тряпкой руку в кулак и пробормотал себе под нос совсем уж грязное выражение.
Пришлось прикрыть глаза, чтобы не высказать своего возмущения: приличная эльфийская леди таких слов и знать-то не должна. Но знала...
– Счастливо вам добраться, – проговорил «жених» многозначительно, указывая на дверь.
Да я сама не желала больше ни минуты провести в его обществе.
Расправив плечи, я гордо прошествовала мимо «гостеприимного» хозяина этого дома.
– Надеюсь, когда я вернусь, вы уже будете на пути в Шаливар, – донеслось мне в спину.
«Вот на это можете даже не рассчитывать» – отметила я мысленно, но даже и не подумала отвечать на этот вздор.
Эрл бежал впереди меня, указывая дорогу.
– Как ты понял, что это и есть рэй д'Оррэль? – спросила я мальчишку, когда мы отошли подальше от дома.
– Ну, там у коновязи единственный конь, и он точно не слуге принадлежит, – ответил Эрл. – Подождите тут, Ваша Милость, я сейчас наших лошадей приведу.
Мы успели добраться в замок до темноты. Моя выходка вызвала в замке переполох, и когда мы вернулись, все и каждый посчитал своим долгом спросить, видела ли я Его Светлость. Я ограничилась скупыми кивками: да, видела, да, скоро прибудет, нет, леди устала и не желает много разговаривать.
Только верной своей Роне я рассказала все в подробностях, и бедная нянюшка не могла сдержать праведного возмущения после моего рассказа.
Перед сном я долго сидела с пером в руках, пытаясь придумать, что же написать Леррану. Вывод, который я могла пока сделать, был до смешного краток: рэй Десмонд д'Оррэль оказался хамом и бессовестным наглецом.
О выборе книг и ночных прогулках
Чтение – есть занятие, достойное самой высокородной эльфийской леди.
Пробуждение с утра вышло на редкость беспокойным. Не успела я открыть глаза, как за стенкой что-то загрохотало, застучало, заухало. Я подскочила, кое-как нацепила первое попавшееся платье и выглянула в коридор.
Там обнаружился донельзя довольный Зелидан, отдающий распоряжения работникам. В двоих из них я узнала тех самых мужчин, которые занимались починкой моей кареты.
– Ремонт, леди Марита, – пояснил он. – По вашему же требованию, – поспешил добавить он в сторону бегущей к моим покоям нянюшки.
– Но не в такую рань же! – сердилась она.
– Раньше начнем – раньше закончим, – философски заметил он. – Да, какое-то время здесь будет шумновато, зато особняк Его Светлости в Шаливаре...
Я втянула Рону в комнату и захлопнула дверь прямо перед носом управляющего, не желая снова выслушивать эти намеки.
«Шумновато»? Зелидан явно подобрал не то слово. Я успела только умыться, одеться и с помощью Роны привести в порядок прическу, а у меня уже начала болеть голова от грохота, шорканья и совсем уже мерзкого скрежета. Стало ясно, что спокойно посидеть в комнатах днем не выйдет.
Сразу после завтрака я снова пошла в библиотеку. Там в тишине я долго пыталась придумать достоверную причину, по которой так упорно не желаю покидать Далиран, не смотря на недостойное поведение его хозяина. В этом я не преуспела и решила отвлечься: нашла детские книги по истории и легендам Эль-Астарии. Слов здесь было мало, зато картинок так много, что книги эти больше походили на альбомы. То, что нужно для таких как я.
Я открыла первую страницу. На ней красиво и в подробностях изображены были Пресветлый Эллиан, покровитель эльфов, и Темнейшая Маахт, благоволящая оркам. Первый, сияющий, прекрасный, утонченный в белых одеяниях, с золотыми волосами до самых пят, держал в одной руке небольшой сноп с лекарственными травами, а в другой – меч, чтобы разить своих врагов. Вторая – темная лицом и с черными косами, уложенными на голове короной, в темно-синем, как вечернее небо, наряде, обладала не столько изящной, сколько чувственной фигурой. Ее правая рука сжимала тонкий серебристый серп, а левая ладонь служила опорой для горстки праха.