Мы видели, что в некоторых версиях легенды о Граале Король-рыбак говорит Передуру (или Персивалю), что тот не должен задавать вопросы о сути того, что он созерцает, тогда как в других версиях героя осуждают за воздержание от задавания вопроса. Вторые явно представляют собой искаженные варианты первых, очевидно созданные позднее в религиозных целях. Задавать вопросы о подоснове каких-либо чудес в земле или вопрошать зачарованного человека — значит, вскорости столкнуться с каким-нибудь несчастьем. Это следы древней системы табу. Передур не должен спрашивать короля Аннуна о вещах, связанных с тайнами подземного мира, — просто потому, что ответы на них будут означать немедленную передачу оккультной власти правителя в руки другого человека.
Грааль в ипостаси котла может на некоторое время привлечь наше внимание. Котел представляет собой символ магического варева, его позднейшим аналогом является котел ведьм. С определенной точки зрения, котел, помимо того, что он является символом вдохновения, изобилия и плодородия, подразумевает также и сам Аннун — область, в которой кипит и клокочет низшая жизнь, стремясь рано или поздно перелиться в Абред — земной план. Это символ жизни — духовной, как и физической, порождающей и становящейся. Более того, миф о путешествии Артура в Аннун — это и аллегория восхождения из Аннуна посредством инициации в область Абред. «Жизнь», которая кипит в котле Пуйлла, возносится инициатами на более высокий план. Это, очевидно, миф об эволюции жизни и духа, их поднятии из низкой в более возвышенную сферу Отсюда вытекает, что, возможно, существовала подобная история — ныне утерянная — об эволюции жизни души из Абреда в Гвинуид, сферу обитания бессмертных сущностей, что целокупно составляло бы аллегорию о странствиях души.
ГЛАВА VII
Оккультная традиция в ритуалах и легендах
Древняя оккультная традиция Британии сохраняется фрагментарно в многочисленных легендах, местных обычаях и празднествах, в необычных ритуалах, привязанных к таким местам, как святые источники, а также в других формах. Конечно, под вопросом находится связь их с древней оккультной традицией острова, многие из этих форм могут представлять собой сохранившиеся варианты народных верований, которые являли низший слой традиции, находясь в таком же отношении к ее философской составляющей, так сказать, официальному культу, в каком находятся ритуалы, практикуемые кастой шудр в Индии, к брахманизму. Ведь то, что было сохранено благодаря одному лишь народному предпочтению, едва ли могло обладать большим мистическим значением в высшем смысле или пользоваться большим сочувствием со стороны верхов. В то же самое время народные ритуалы и празднества могли сохранить отголоски определенных идей, способных пролить свет на оккультную традицию, особенно если в основе их лежали иберийские источники. Конечно, те, которые не имеют отношения к оккультной традиции, мы не рассматриваем.
Прежде всего, примечательно то, что идея Аннуна — мистической сферы, в которую рассчитывали проникнуть Артур и его спутники — до сих пор продолжает оставаться составной частью современного валлийского фольклора. Покойный сэр Джон Рис в своем «Кельтском фольклоре» представляет много преданий об Аннуне, в которых рассказывается о том, как обитатели этого царства имели обыкновение проникать в верхний мир и охотиться там с собаками на обреченных людей, которые умерли, не приняв крещения или не исполнив епитимью. Они входили в такой тесный контакт с сыновьями человеческого рода, что последние даже могли забирать у них что-нибудь из поголовья их молочно-белого рогатого скота!
Это может показаться странным, но мы не обнаруживаем в современном кельтском фольклоре никаких упоминаний о других планах мистической сферы. Но это лишь означает, что считалось, что круг Аннуна находился гораздо ближе к Абреду — месту обитания человека, чем другие круги, и таким образом, сообщение с ним было гораздо более доступным.