А главное, храм — сильно разрушен и его рельефные украшения практически полностью утрачены. Однако эти развалины производят неизгладимое впечатление благодаря цветовому контрасту черных и красных гранитных плит с плитами из белого известняка, разбросанными в сверкающем золотом песке.
Абусирское плато славится также расположенными на нем солнечными храмами. Согласно сведениям, полученным из памятников письменности, известно о существовании шести таких храмов. До сегодняшнего дня найдено только два, которые находятся в нескольких сотнях метров северо-западнее поля пирамид, а поскольку дороги к ним нет, туристам приходится идти по глубокому горячему песку.
От храма Усеркафа сохранился фундамент огромной четырехугольной террасы и остатки ограды, от которой неизвестно куда простирается мощеная дорога. Чуть подальше на месте, которое по традиции называется Абу-Гураб, стоит второй храм, руины которого сейчас напоминают небольшую пирамиду со срезанной в нескольких метрах от земли и как бы унесенной куда-то вершиной. Выстроен он был по приказу Ниусерры (рис. 23).
Это уникальное святилище не похоже на другие египетские храмы. Расположено оно на небольшой возвышенности, сверху выровненной и вымощенной. Позже ее склоны укрепили и придали им форму террас. Возвышенность имела форму трапеции, длинная сторона которой равнялась 106 м, короткая — 82 м. На ее западной стороне находилась терраса с массивной усеченной призмой, выполняющей роль постамента для большого, но не очень высокого обелиска.
Перед обелиском стоял алтарь с огромными алебастровыми чашами для крови приносимых в жертву животных. За храмом находился ряд зданий с культовыми помещениями и кладовыми. Все было окружено оградой, от которой к Нилу вела крытая, вымощенная камнем дорога. Словно для того чтобы сходство с пирамидой было еще большим, у одной стороны ограды остались отпечатки тридцатиметровой ладьи, выполненной из кирпича. Она явно должна была изображать ладью, в которой перемещается по небу бог солнца Ра.
Астрология и пирамиды_Конечно же, речь здесь пойдет о точной астрономической ориентации пирамид. В Абусире все пирамиды стоят как на военном параде. При этом пирамида Ниусерры практически с абсолютной точностью ориентирована относительно сторон света. Отклонение ее северо-южной оси от полюсов равно нулю. Опираясь на работу 3. Жабы «Астрономическая ориентация в Древнем Египте и прецессия земной коры» (1953) и книгу Л. Борхардта «Протяженность и направленность четырех сторон Великой пирамиды в Гизе» (1926), можно привести следующие данные:
• отклонение северо-южной оси от северного полюса у пирамиды Джосера примерно на 3° к востоку;
• у пирамиды Сахуры примерно на 1° 45’ к западу;
• у пирамиды Нефериркары примерно на 30’ к востоку; у Медумской пирамиды на 24’25» к западу; у пирамиды Менкауры на 14’3» к востоку;
• у южной пирамиды Снофру на 9’ 12» к западу.
• У пирамиды Хуфу, где были проведены самые точные замеры, результаты исследований показали, что:
западная сторона отклоняется от северного полюса на 2’30»;
восточная — на 5’30» к западу;
северная сторона отклоняется от линии экватора на 2’28»;
южная — на 1’57» к югу.
Если не принимать во внимание пирамиды Джосера и Сахура, все отклонения не превышают одного градуса, а у пирамиды Ниусерры — долей минуты.
Эти результаты и в самом деле уникальны и подтверждают по крайней мере два факта.
1. Древние египтяне намеренно старались точно ориентировать пирамиды по сторонам света.
2. Они обладали определенными знаниями и умели добиваться такой ориентации.
Данным вопросом занимались как египтологи, так и астрологи, и геодезисты. Однако те, кто знал измерительные инструменты, не обладали в достаточной мере знаниями о древнеегипетских реалиях. Египтологи же плохо разбирались, в астрономии и геодезии, и, поскольку не сотрудничали с другими учеными, эта проблема долго оставалась открытой. После Второй мировой войны французский египтолог С. Сонерон, историк древнеегипетской науки и техники, сожалел о том, что ученые пока не имеют достаточной информации, чтобы сделать серьезные выводы.
В 50-е годы этой проблемой стал заниматься 3. Жаба, причем в самых благоприятных условиях: он являлся учеником основателя египтологии в Чехословакии, математика с астрономическим уклоном Ф. Лексы и Л. Черного, выдающегося знатока письменных памятников египетских строителей пирамид.