Мысли и версии, что это могло быть, проносились в моей голове со скоростью света. Я была напугана и растеряна. Голова пульсировала с новой силой. Стоп. Голова. Это скорее всего из-за головной боли. Да, да, да. Это она виновата. Я читала, что мигрень бывает и глазная, со всякими там мерцаниями и мельтешениями. Это мне просто показалось. Меня это объяснение вполне устроило и почти успокоило. Я твердила про себя, что мне всё показалось и старалась не смотреть по сторонам. Вот я почти дошла до дома. Вот она моя подворотня, а за ней, виднеется мой родной двор, полный приветливой молодой зелени, только-только проклюнувшейся из набухших почек на ветвях многочисленных лип.
Глава 6. Дорога домой. Дед Митя.
Пройдя подворотню до середины, а увидела, что из-за угла мне на встречу в подворотню зашёл человек. И тут мне словно фонариком в глаза светанули. Я рефлекторно стала жмурится и прикрывать глаза руками. Потом выглядывая из-под руки, приложенной ко лбу, щурясь и морщась громко обратилась к человеку, который шёл мне на встречу .
- Пожалуйста не светите мне в глаза. Выключите фонарик. Я не вижу куда идти.
Человек, идущий мне на встречу продолжал светить фонариком мне прямо в глаза, заставляя всё сильнее щуриться. Я ещё подумала, что какой-то странный человек. Ходит днём с фонарём и ослепляет прохожих в подворотне. Маньяк какой-то. "Ой, мамочки, маньяк!" -пронеслось у меня в мыслях, но я не успев толком испугаться, услышала знакомый голос.
- Настенька, это ты? Про какой фонарик ты мне говоришь? У меня нет никакого фонарика. Что у тебя с глазками? Болят что-ли? Иди сюда, девочка. Я тебя домой отведу. Если глазки болят, то ты их просто закрой. Если ступенечка или камешек будет, то я тебя предупрежу. Держись за меня, милая. Вот так... под локоток. Пошли, моя хорошая. Пошли домой.
Как же я обрадовалась, услышав знакомый голос. Это был сосед по дому. Он жил в соседнем подъезде вместе с женой и маленькой чёрной собачкой по кличке Малыш. Я не знала ни фамилии соседа, ни его отчества. Его все, кто жил в доме называли дед Митя. Мужчины постарше звали просто дед. Почему звали дедом тоже не знала. Вроде бы и не старый человек, и бороды у него отродясь не видела. Внешне он выглядел лет на шестьдесят, не больше. Сухенький мужчина невысокого роста был очень подвижен. Всегда улыбался знакомым, а его глаза светились теплотой и молодым задором, совершенно не растратившими живой огонь. Он охотно приходил на помощь всем жителям нашего двора: кому машину чинить подсобит, кому тяжелые пакеты из магазина донести поможет, молодым мамочкам с коляской справиться, или в детском велосипедике шины подкачать. Мамочки совсем не боялись оставить на его попечение малыша и сбегать по быстренькому в магазин или домой за забытой вещью. Все знали, что у деда Мити с детьми особое взаимопонимание. Дети любили его и тянулись к нему. Детвора стайкой вилась вокруг деда Мити, что ему рассказывая, показывая и слушая его с открытыми ртами. Только и слышалось со всех сторон: "Дедушка Митя, посмотри, какой я нашёл камушек", "Дедушка Митя, а мне на день рождения папа велосипед подарит", "Дедушка Митя, а ты кого больше любишь собак или котиков?". Дед Митя старался уделить внимание каждому малышу. Кого по головке погладит, кого похвалит, а кому и помочь чему-то научиться пообещает. Вся эта детская круговерть и болтовня, пестрящая детскими любопытными глазенками и звенящая детскими голосами его совсем не утомляла, а приносила радость. Это можно было понять по широкой улыбке деда Мити, которая не сходила с его счастливого лица.
Я, когда была маленькой, тоже любила вертеться вокруг дедушки Мити. Иногда я даже жалела, что не он мой родной дедушка. Хотя у меня были дедушки, которые меня любили и баловали, но мне казалось, что чего-то им не хватает, чтобы быть такими, как дедушка Митя. Чего именно я понять не могла. Я просто видела, что он любит всех детей как родных и мы его тоже любили в ответ.
Помню, как года два назад, услышала разговор моей мамы с отцом. Мама посетовала, что дед Митя, такой замечательный человек, а Бог ему детей не дал. Мама и отец посочувствовали деду Мити. Я же впала в легкий ступор.