14
Глава 14: Горечь Послевкусия
Тишина, оставленная Олегом Борисовичем, была тяжелее любого шума. Она давила на Машу, обволакивала Сергея, который стоял как громом поражённый, его лицо было мертвенно-бледным. Букет роз, который он принёс для Маши, лежал на столе, его нежные лепестки казались такими хрупкими и неуместными на фоне разыгравшейся драмы.
Маша смотрела на Сергея. В его глазах читалась такая боль, такое разочарование, что ей захотелось провалиться сквозь землю. Он не произнёс ни слова, просто смотрел на неё, и в этом взгляде было больше укора, чем в любых словах. Всё, что они строили, все её десятилетние мечты, рухнули в одно мгновение, в этот один-единственный, дьявольский жест Олега.
"Сергей..." — Маша попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. Что она могла сказать? Как объяснить то, что только что произошло?
Сергей медленно покачал головой. Его губы дрогнули. "Маша," — его голос был тихим, полным боли. — "Что это было? Что происходит между вами?" Он опустил взгляд на стол, где ещё недавно лежала вилка, которой Олег кормил Машу. Казалось, он видел не просто столовый прибор, а доказательство её предательства.
"Я... я не знаю, Сергей," — Маша чувствовала, как слёзы подступают к глазам. — "Он просто... он такой. Он всегда пытается вывести меня из себя."
"Вывести из себя?" — Сергей горько усмехнулся. — "И ты позволяешь ему? Ты сидишь здесь, позволяешь ему кормить тебя с вилки, как ручную собачку, а потом он вот так вот запросто уходит? И ты говоришь, что это 'выводит из себя'?" Его голос становился громче, и Маша увидела, как его кулаки сжимаются. — "Маша, я думал... я думал, у нас что-то есть. Я думал, мы близки." Он посмотрел на неё, и в его глазах читалась безнадёжность. — "А ты... ты просто играешь с ним. Или с нами обоими?"
"Нет, Сергей, это не так!" — Маша шагнула к нему, пытаясь дотронуться до его руки, но он отпрянул.
"Не так?" — он отступил на шаг. — "Тогда объясни мне, Маша. Объясни, что это было. Объясни, почему ты позволила ему сделать это. Почему ты не оттолкнула его? Почему не ушла? Это же не первый раз, когда он ведёт себя... странно. Но сегодня..." Он покачал головой, словно не мог поверить своим глазам. — "Сегодня это было... демонстрация. Для меня."
Маша опустила голову. Она знала, что он прав. Это была демонстрация. И она позволила Олегу использовать её как пешку в его безумной игре. Или она сама стала частью этой игры, даже не понимая, зачем?
"Я... я не знаю, что сказать, Сергей," — прошептала Маша.
"И не нужно," — его голос стал ледяным. Вся нежность, вся теплота, что были в нём, исчезли. — "Знаешь, Маша, я всегда думал, что ты... другая. Что ты стремишься к чему-то настоящему. К спокойствию, к счастью. А оказалось, что ты, как и он, любишь эти игры. Эти качели эмоций. Этот хаос." Он кивнул на пустое место, где только что сидел Олег. — "Он идеально тебе подходит."
"Сергей, пожалуйста..." — Маша почувствовала, как слёзы полились из глаз.
"Нет, Маша. Пожалуйста, не надо," — он отвернулся от неё. — "Я, кажется, ошибся. Ты не та Маша, которую я знал и которую... полюбил. Ты изменилась." Он сделал паузу, глубоко вдохнул. — "Думаю, мне лучше уйти. И вам стоит разобраться в себе. И в том, что вы на самом деле хотите."
Он повернулся и медленно пошёл к выходу. Маша смотрела ему вслед, чувствуя, как её сердце сжимается от боли. Он не оглянулся. Он просто ушёл. И с ним ушла её мечта, её детская сказка, её десять лет. Взамен остались лишь пустота и жжение на губах.
Маша осталась одна за столиком, посреди ресторана, который минуту назад казался таким уютным. Перед ней стояли недоеденные роллы, бутылка саке, и букет поникших роз. Горечь послевкусия была не от еды, а от осознания того, что произошло.
Она прикоснулась к своим губам. Поцелуй Олега. Странный, жестокий, но такой… пронзительный. Это был не поцелуй любви. Это был поцелуй захвата. Поцелуй собственника. И в то же время, в нём была какая-то дикая, необузданная страсть, которая вдруг пробудила в Маше нечто, чего она раньше не знала.
Ей было больно за Сергея. Больно за то, что она сломала его, сломала их общую мечту. Но в то же время, где-то глубоко внутри, она чувствовала... свободу. Свободу от образа, от ожиданий, от десятилетнего стремления к тому, что, возможно, никогда и не было ей по-настоящему нужно.
Её рука потянулась к телефону. Наташа. Только Наташа могла понять.
"Наташ," — голос Маши дрожал. — "Привет. Я... я в ресторане. Одна. И кажется... кажется, я только что потеряла Сергея."
Наташа на другом конце провода секунду помолчала. "Машенька? Что случилось? Олег? Он что-то натворил?"
"Он..." — Маша сглотнула. — "Он поцеловал меня. Прямо перед Сергеем. И он... он кормил меня с вилки. А Сергей... Сергей всё видел. И он ушёл."
Наступила тишина. Затем Наташа медленно произнесла, её голос был полон предвкушения, но и какого-то странного понимания. "Машенька... поздравляю. Кажется, твоя жизнь только что стала очень, очень интересной."
Маша горько усмехнулась. Интересной? Это было мягко сказано. Она чувствовала себя так, словно только что сожгла все мосты, все пути к отступлению. Она осталась одна на поле боя, на котором, казалось, теперь будет только один игрок – Олег. И этот игрок не знал пощады.
Что он предпримет завтра? Будет ли он триумфовать? Или вернётся к своей ледяной маске? Маша не знала. Но одно она понимала точно: её жизнь в "ТехноГраде" теперь окончательно и бесповоротно разделилась на "до" и "после" этого ужина. И "после" обещало быть куда более опасным, но, возможно, и куда более настоящим.
Сергей ушёл. Маша осталась одна. Как теперь будут развиваться её отношения с Олегом, и что ждёт её на работе?