Он паркуется, затем поворачивается ко мне.
— У меня есть к тебе предложение, — уверенно говорит он.
Ах, шестеренки в работе. Не сомневаюсь, конечным результатом этого предложения будет то, что Джесси добьется своего.
— Я не собираюсь с тобой торговаться, и здесь не может быть и речи о вразумляющем трахе, не так ли? — самодовольно говорю я, выходя из машины.
Джесси выскакивает и обходит машину, чтобы присоединиться ко мне на тротуаре. Он прищуривается, глядя на меня.
— Язык! Ты уже должна мне трах возмездие.
— Да что ты?
— Да, и еще один за свое короткое шоу за завтраком, — напоминает он.
Так и знала, что мне это с рук не сойдет.
— Мне все равно, что ты предложишь. Ты не будешь покупать мне одежду, — заявляю высокомерно. На ум приходят слова Джесси о том, чтобы я носила только платья. Без сомнения, он говорил на полном серьезе.
— Ты даже не выслушала меня, — жалуется он. — Тебе понравится то, что я собираюсь предложить. — Он усмехается. Его уверенность вернулась, и я заинтригована. Изучаю его секунду, и он улыбается шире. Он знает, что завладел моим вниманием.
— Что? — спрашиваю я. Чем он собирается меня соблазнить?
Его глаза удовлетворенно блестят.
— Ты позволяешь мне баловать тебя. — Он проводит пальцем под моим подбородком, закрывая мне рот, когда я пытаюсь возразить. — А я скажу тебе, сколько мне лет. — Он опускает свои губы к моим и скрепляет сделку глубоким поцелуем.
Что?
Я позволяю ему вытянуть из себя поцелуями все упрямство прямо на оживленном лондонском тротуаре. И вот опять, я целиком и полностью во власти этого мужчины, от одного касания пальца которого лишаюсь разума. Он стонет мне в рот, опрокидывая меня назад и удерживая в объятиях.
— Я знаю, сколько тебе лет, — говорю я ему в губы.
Он отстраняется и смотрит на меня сверху.
— Думаешь, знаешь?
В изумлении смотрю на него.
— Ты солгал? — Ему не тридцать семь? Сколько же тогда? Черт возьми, неужели он старше? — Скажи мне, — хмуро требую я.
— Ну, нет. Сначала баловать, потом исповедоваться. Можешь исключить меня из игры. Я знаю, что моя красавица способна на грязную игру. — Он ухмыляется и возвращает меня в вертикальное положение.
— Не способна, — усмехаюсь я. Еще как способна! — Поверить не могу, что ты мне солгал.
Он вопросительно смотрит на меня.
— Поверить не могу, что ты приковала меня наручниками к кровати.
Я тоже не могу поверить, что сделал это, но, похоже, случай, в итоге, ни к чему не привел. Он берет меня за руку и ведет через дорогу в магазин.
Глава 18
Видения мириад сумочек, от которых текут слюнки, сразу же благословляют мой взор, но мне не дают возможности их рассмотреть. Джесси целеустремленно и многозначительно шагает, таща меня за собой, и когда мы входим в лифт, он нажимает кнопку первого этажа. Я просматриваю план магазина.
— Эй, мне нужен четвертый этаж. — Я хотела бы избежать международных коллекций первого этажа. Они кричат о дороговизне, но Джесси полностью меня игнорирует. — Джесси? — Он крепко сжимает мою руку, его лицо совершенно бесстрастно. Дверь лифта открывается, и меня вытаскивают из него.
— Сюда, — говорит он, ведя меня мимо витрин с невероятной дизайнерской одеждой и платьями от кутюр. Рада, что он обошел их стороной.
Ох, нет!
Сердце замирает, когда я замечаю вывеску «персональный покупатель».
— Нет, Джесси, нет, нет, нет. — Пытаюсь его остановить, но он несется вперед, таща меня к входу в отдел. — Джесси, пожалуйста, — умоляю, но он снова полностью игнорирует меня.
Мне хочется пнуть его в голень. Ненавижу суету и внимание в подобных отделах. Тебя целуют в задницу и говорят, что все выглядит потрясающе, и все это заставляет тебя чувствовать, что ты должен что-то купить. Давление будет огромным, и я не смею даже думать о цене.
— У меня назначена встреча с Зои, — обращается он к приветствующему нас парню в элегантном костюме и начищенных ботинках. Зачем спрашивать меня, если он уже заранее знал, куда мы отправимся? Мне хочется свернуть ему шею.
— Мистер Уорд? — спрашивает продавец.
— Да, — отвечает Джесси, все еще отказываясь на меня смотреть, хотя чертовски хорошо знает, как сильно я на него сержусь, и от этого мне очень неловко.
— Пожалуйста, сюда. Могу я принести вам что-нибудь выпить? Может, шампанского? — вежливо спрашивает он.