Он шагает, не сводя с меня глаз, и когда подходит ко мне, с легкой улыбкой протягивает руку. Я делаю глубокий вдох и, приподняв подол платья, принимаю его руку и позволяю вести меня вниз, теперь, когда он меня держит, мои ноги уже не так дрожат.
Достигнув основания лестницы, он останавливается и поворачивается ко мне, пробегая глазами вверх и вниз по моему облаченному в кружева телу. Медленно обходит сзади, и я закрываю глаза, молясь, что не совершила чудовищную ошибку со своим смелым выбором. Слышу, как он резко вдыхает, а затем теплый кончик пальца встречается с моим затылком. Он прокладывает медленную, томную дорожку вниз по позвоночнику, вызывая шквал мурашек и покалываний по всей обнаженной плоти. Замирает у основания позвоночника, а затем я безошибочно ощущаю кожей жар его губ, когда он целует меня в центр спины. Под теплом его губ я физически расслабляюсь. Он бы уже разозлился, если бы что-то было не так.
Джесси медленно обходит меня спереди и находит мой взгляд.
— Не могу отдышаться, — бормочет он, обвивая рукой мою талию и притягивая к себе, нежно касаясь моих губ, словно я стала такой же тонкой и уязвимой, как облачающие меня кружева.
Я чувствую невероятное облегчение, и все узлы и нервозность исчезают. Единственное, о чем мне сейчас нужно беспокоиться, — это вереница женщин, которые падут к его ногам. Он отстраняется и толкается бедрами в нижнюю часть моего живота, свидетельство буйствующей эрекции ощущается совершенно ясно. Он ведь не заставит меня раздеться — не сейчас, конечно?
— Мне очень нравится твое платье, — говорит он с легкой улыбкой. — Ты его не примеряла. Я бы такое запомнил. — Он с благоговением смотрит на платье.
— Всегда в кружевах, — повторяю его слова, и он снова поднимает на меня глаза.
— Ты выбрала это платье для меня? — тихо спрашивает он.
Я мягко киваю, он отступает и засовывает руки в карманы. Принимается жевать губу, шестеренки крутятся, когда он понимающе кивает… одобряя.
Его глаза поднимаются вверх по моему телу, добираясь до лица.
— Как и я выбрал это для тебя? — Он вытаскивает руку из кармана, и я вижу тонкую, многослойную платиновую цепочку, свисающую с его пальца.
Я чуть не давлюсь собственным языком, впиваясь глазами в это прекрасное украшение. Я видела его в витрине, когда сегодня утром проходила с Зои через ювелирный отдел. Она указала на него, и оно сразу же меня заворожило, украшение было выставлено отдельно и представляло собой переплетения тонкой платины с массивным квадратным бриллиантом на конце. У меня чуть не остановилось сердце, когда я разглядела рядом маленький ценник.
Я перевожу взгляд на него.
— Джесси, это ожерелье стоило шестьдесят тысяч! — бормочу я. Такого мне никогда не забыть. Я несколько раз пересчитала нули.
О, боже!
Мне вдруг становится очень жарко, я перевожу взгляд с Джесси на качающийся бриллиант, который все еще болтается у него на пальце. Он улыбается и обходит меня сзади, собирая мои волосы и перекидывая их через плечо. Сердце подпрыгивает в груди, когда он надевает на меня ожерелье, и оно ложится на грудь. Похоже на огромную ношу. Меня начинает трясти.
Застегнув застежку, он скользит ладонями по моей спине, затем по плечам и прижимается губами к затылку.
— Тебе нравится? — шепчет он мне на ухо:
— Ты же знаешь, что нравится, но… — Я протягиваю руку и нащупываю бриллиант, а затем сразу же хочу взять бархатную ткань и отполировать отпечаток пальца. — Тебе сказала Зои?
Меня тошнит. Понимаю, технически она занимается продажами, но сказать Джесси, что меня полностью очаровало неприлично дорогое бриллиантовое ожерелье, — это воспользоваться своим положением. Шестьдесят тысяч фунтов? Вот, черт!
— Нет, это я попросил Зои показать его тебе. — Он поворачивает меня в объятиях и проводит кончиками пальцев по ожерелью и вниз к центру груди. — Безумно красиво. — Он нежно целует меня в губы.
Он ее попросил? Я нервно смеюсь.
— Ты обращаешься ко мне или к бриллианту?
— Только к тебе, — говорит он, приподняв бровь. — Всегда и навеки.
Мой смех мгновенно стихает.
— Джесси, что, если я его потеряю, если… — Его губы заставляют меня замолчать.
— Ава, заткнись. — Он убирает мои волосы за спину. — Оно застраховано, и это мой подарок. Если ты его не наденешь, я сойду с ума. Поняла?
Его тон говорит о том, что я не должна спорить с ним по этому поводу, но я совершенно ошеломлена и теперь, когда ожерелье будет представлено на сегодняшней вечеринке, я нервничаю еще больше, чем раньше. Я ни за что не сяду в метро и не буду ходить по улицам поздно ночью, это точно — не с этой штукой, висящей у меня на шее. Хотя, все равно сомневаюсь, что смогу сделать что-то из этого даже без бриллианта. Нет, учитывая методы, которыми руководствуется Джесси в отношении меня.