— Отличная группа. Хочешь потанцевать? — Он смотрит на меня с полуулыбкой, и я вспоминаю, что мой мужчина великолепно танцует.
— Позже. — Я осознаю, что Кейт, вероятно, задается вопросом, что произошло и где я нахожусь. Он кивает и ведет меня в бар.
Мой стул свободен, и меня усаживают на него. Кейт, Дрю и Сэм располагаются у бара, и все, кажется, в приподнятом настроении, алкоголь действует хорошо.
— Где ты была? — спрашивает Кейт, бросая осторожный взгляд на Джесси.
— В кабинете Джесси обсуждала некую женщину, которой он позвонил, чтобы та его освободила, когда я оставила его прикованным наручниками к кровати, — выпаливаю тихо, не сводя глаз с Джесси, чтобы убедиться, что он не слушает. Он слишком занят, заказывая Марио напитки.
— Ты оставила его прикованным к кровати? — На лице Кейт что-то среднее между шоком и весельем.
— Да. — Раньше я об этом не упоминала. — Он очень разозлился.
— Не удивлена. Он позвонил Саре, чтобы она его освободила?
— Да, — скрежещу я. — И он с ней спал.
— Ох. — Кейт сжимает губы. — Зачем он позвонил ей?
Кейт подходит ближе, втискиваясь между мной и Джесси, и оказывается передо мной.
— Он не мог связаться ни с кем другим. Джон находился здесь, а Сэм был занят другими делами.
— В какой день это было?
— В среду.
Я поднимаю брови и наблюдаю, как она мысленно возвращается к утру среды. Очевидно, на нее нисходит озарение, потому что на лице появляется виноватое выражение. Я даже не собираюсь спрашивать, почему Сэм не смог прийти на помощь Джесси.
— Сара с большим удовольствием надавала мне советов. А еще приятно было послушать, как три женщины сравнивают таланты Джесси в спальне. Все это довело меня до крайности, — ворчу я.
— О боже, — Кейт сочувственно смотрит на меня. — Ава, все это в прошлом.
— Знаю. — Я с отвращением качаю головой. — Кейт, мне так много нужно тебе рассказать. Мы можем куда-нибудь пойти завтра вечером? Мне необходимо выпустить пар.
Она кивает, а затем издает тихий вскрик, когда Джесси поднимает ее в воздух и ставит рядом, обеспечивая себе доступ ко мне. Она игриво хлопает его по плечу и хихикает.
— Выпей.
Он сует мне под нос стакан с водой, и я принимаю его без жалоб. Смотрю, как он улыбается, когда я выпиваю все до последней капли, и вручаю ему пустой стакан. Он кивает в удивленном одобрении, затем заменяет пустой стакан бокалом «Чуда Марио».
— Видишь, как все становится проще, когда ты делаешь то, что тебе говорят?
В ответ на его дерзость я игриво прищуриваюсь и качаю головой. Да, это так, но его требования не всегда так просты, как выпить стакан воды. Он отворачивается, возвращаясь к разговору Дрю и Сэма, но твердо держит руку на моем колене.
— О, смотри, — шепчет Кейт.
Я слежу за ее взглядом и вижу среди группы мужчин Сару, она смеется, гладит, трогает и щупает всех при каждом удобном случае. Глаза — бусинки останавливаются на мне, и она смотрит с самодовольным, удовлетворенным выражением лица — пока я не чувствую на щеке губы Джесси. Оставляю ее кипеть от осознания того, что ее маленький план не сработал, и переключаю свое внимание на Джесси. Он подмигивает мне и поднимает меня, берет мои руки и кладет их себе на плечи, прежде чем обхватить руками мою спину и притянуть ближе, уперевшись лбом в мой лоб. Это жест ободрения. Я ему благодарна.
— Ты в порядке? — спрашивает он.
С улыбкой отстраняюсь, чтобы взглянуть на его красивое лицо.
— В идеальном.
— Хорошо.
Мы оба подпрыгиваем от вспышки света и поворачиваемся, чтобы увидеть Кейт с направленной на нас камерой. Джесси хватает меня и поднимает в воздух, а я запрокидываю голову назад и смеюсь, окутанная непрерывными щелчками и вспышками камеры.
Он касается губами моего горла.
— Улыбнись мне, детка.
Опустив голову, вижу, что его зеленые глаза мерцают от удовольствия… от счастья. Я делаю его счастливым. Я заставляю его жить. Заставляю хотеть оставить этот образ жизни. Улыбнувшись, запускаю пальцы в его волосы и притягиваю его губы к себе.
— Ладно, — кричит Кейт. — Довольно!
Джесси владеет мной, берет то, что хочет, не обращая внимания на зрителей и не заботясь о том, где мы находимся. Меня возвращают в вертикальное положение, и я усаживаюсь обратно на стул, мне возвращают мой напиток, прежде чем Джесси возобновляет разговор с парнями, словно он только что не лишил дара речи все присутствующих в комнате своим чрезмерным, явно нехарактерным для него проявлением любви. Но я не краснею, не волнуюсь и не смущаюсь — ни в малейшей степени.