Он накрывает мои губы и стонет, я принимаю его. Схватив мои руки, держит их над моей головой. Выходит и толкается обратно.
— Это был трах-предложение, — говорю я ему в рот и чувствую, как он улыбается мне в губы, но ничего не говорит и не делает выговор за сквернословие. Просто входит и выходит в самом сказочном темпе, глубоко погружаясь, нежно вращая бедрами и отходя назад.
Прежнее блаженное состояние восстанавливается, перезаряжая катушки и готовясь их размотать, его неторопливые движения и вращение бедер творят с моим телом обычную магию.
Он отрывается от моего рта, продолжая свои роскошные толчки.
— Ты станешь миссис Уорд. — Его мятное дыхание согревает мое лицо, он смотрит на меня сверху вниз.
— Да. — Будет странно.
— Ты станешь моей навсегда.
— Я уже твоя. — Этот корабль давно уплыл.
Он закрывает глаза, и я чувствую намеки на его неминуемый оргазм, бьющийся внутри меня, подталкивающая к кульминации.
— Я буду поклоняться тебе каждый день до конца своей жизни. — Он бросается вперед. — Господи!
— О, боже, — охаю, напрягаясь под ним, дрожь в лоне усиливается быстрой, непрерывной пульсацией.
Удерживая мои руки над головой, Джесси вбивается снова и снова, отчаянно целуя и рыча при каждом сильном толчке, когда непрерывно погружается в меня. Он срывается на крик, и я обхватываю ногами его бедра, притягивая ближе, что толкает меня в свободное падение сильнейшей дрожи, тело, словно пронзает молния, оставляя меня задыхаться и обливаться под ним потом. Прерывисто и неглубоко дыша, он утыкается лицом мне в шею.
— Не могу дышать, — говорит он, отпуская мои руки. Я тут же обвиваю их вокруг его теплой, твердой спины, и растекаюсь под ним удовлетворенной лужицей. Чувствую, как он поднимает голову, ведет щекой по моей щеке, пока не находит мои губы. — Детка, я безумно тебя люблю. Рад, что мы подружились.
Я улыбаюсь, когда он переворачивает нас, и я седлаю его талию. Опускаю руки ему на грудь, и он накрывает их ладонями, пока я лениво обхватываю его бедрами.
— Знаю, что любишь. Но если я собираюсь выйти за тебя замуж, ты должен ответить на несколько вопросов. — Использую напористый голос, в эквивалент его тону «посмей бросить мне вызов». Не знаю, сработает ли, но попытаться стоит.
Его брови подскакивают вверх.
— Да?
— Да, — отвечаю надменно.
Есть определенные вещи, которые мне нужно знать. Мне плевать на его прошлые сексуальные завоевания. Знание их точного количества ни к чему не приведет, кроме неистовой ревности с моей стороны.
— Тогда давай, выкладывай. Что ты хочешь знать? — Он тяжело вздыхает, и я хмуро смотрю на него. — Прости.
У него хватает порядочности принять извиняющийся вид. Он продолжает держать ладони поверх моих рук у себя на груди.
— Кто была та женщина с вечеринки?
— Корал, — спокойно, без колебаний говорит он, будто ожидал именно этого вопроса.
Я закатываю глаза.
— Я знаю, что ее зовут Корал. Кто она такая?
— Жена мерзкого мелочного ублюдка, которого выкинули из «Поместья» в тот день, когда ты обнаружила общую комнату.
Что? Мысленно возвращаюсь к тому ужасному дню и вспоминаю ехидное, злобное создание, разбрасывающее резкие слова в адрес Джесси. Что он трахнет меня, как трахнул его жену. Оставит после себя след из дерьма.
— У вас с ней была интрижка? — выпаливаю я, когда очевидность данного факта всплывает в сознании.
— Нет. — Он хмурится и качает головой. — Они обратились ко мне в поисках кого-нибудь для секса втроем.
Я слегка отшатываюсь. Больше ничего не нужно говорить. Джесси предлагал себя.
— К тебе? — шепчу я. Он кивает, почти пристыженно. — Зачем ты это сделал?
— Она сама меня об этом попросила.
— Она влюбилась в тебя.
От моего вывода, его глаза немного расширяются. Это очевидно. Он неловко ерзает подо мной.
— Полагаю, так и было.
О, это открыло совершенно новый ящик Пандоры с дальнейшими вопросами. Я не так уж удивлена, что она в него влюбилась. Но мне хочется знать о причине ее неожиданного визита в «Поместье» прошлым вечером и о том времени, что Джесси провел с ней у себя в кабинете.
— Чего она хотела вчера? Вас долго не было.
Джесси делает глубокий вдох и пронзает меня решительным взглядом.
— Она бросила Майка… ради меня. Не знаю, почему. Я никогда не давал ей никаких оснований полагать, что она мне нужна. — Он на мгновение замолкает, оценивая мою реакцию. Я не уверена в своих чувствах. Он так и не сказал мне, почему она пришла в «Поместье». Он вздыхает. — Он вышвырнул ее вон, забрал ее машину и кредитные карты. У нее ничего нет.