— Считаешь, Сара взяла телефон Джона и отправила тебе с него сообщение?
— Да!
— Не глупи!
— Я не веду себя глупо! — визжу я. — Сообщение у меня на телефоне, я покажу тебе.
— Ава, Сара бы так не поступила.
Ох, умоляю! Она же его подруга. Очевидно, он не очень хорошо ее знает. Мне посчастливилось знать ее всего месяцок, и я раскусила ее в первую же секунду нашей встречи. Какой же он толстокожий.
— Считаешь, я придумываю?
— Нет, я считаю, что в субботу вечером тебя накачали наркотиками, и, возможно, ты ошиблась, — успокаивающе говорит он.
Я не ценю этого. Я, черт возьми, этого не придумывала!
— Я тебе покажу, — говорю как строптивый подросток. — Она хочет тебя.
— Ну, она меня не получит, и знает это. Я принадлежу тебе. — Он прижимается губами к моей щеке.
— Знает, как же, — фыркаю я, подставляя ему щеку для поцелуя.
Все немного сложно. Джесси прав; он не может уволить ее за то, что она выполнила его просьбу, что абсолютно отвратительно, потому что я не могу представить, что он был бы того же мнения, если бы на его месте оказалась я. Единственное утешение — знание того, что она Джесси совершенно не интересна, и в этом я точно уверена. Не буду обременять его своей стервозностью. Оставлю это Саре, когда ей это будет необходимо, и всем другим женщинам, которым не хватает самоуважения. Битва за выживание будет непростым делом, когда рядом столько чертовых пиявок. Я злюсь, что он не может увидеть ее суть.
— Наклонись, чтобы я мог омыть твою спину. — Он толкает меня за плечи вперед, и я неохотно сажусь. — Я буду нежен.
— Ты мне нравишься грубым, — дерзко отвечаю я.
— Ава, не говори таких вещей, когда я не в том положении, чтобы овладеть тобой, — журит он меня и нежно проводит губкой по моей спине.
Между легкими поглаживаниями он осыпает меня ласковыми поцелуями всюду, где только может, и я мечтательно закрываю глаза. Так легко забыть о трудностях, когда он в таком настроении.
— Давай помоем тебе голову.
Я позволяю ему выкупать себя, вымыть волосы и позаботиться, прежде чем завернуть в полотенце и уложить на кровать.
— Может немного холодить, — говорит Джесси, садясь верхом мне на задницу и выдавливая немного крема на спину. Мои лопатки взлетают вверх, и я напрягаюсь. — Ш-ш-ш, — шепчет он. — Ты больше не будешь так делать, правда? — поддразнивает он, начиная осторожно втирать крем.
— Буду, если так сделаешь ты, — ворчу я, зарываясь лицом в подушку, посылая Богу краткую молитву, чтобы Джесси этого не сделал.
Он начинает наносить крем маленькими, нежными поглаживаниями, заставляя меня привыкнуть к трению, прежде чем перейти на рубцы, как только я немного расслаблюсь. Не так уж и плохо. Тепло и плавные касания его больших ладоней, скользящих по спине, вскоре становятся гипнотизирующими, и я более чем осознаю, что нечто твердое и влажное тычется в поясницу. Улыбаюсь про себя. Он не сможет долго держать руки подальше от меня, и я надеюсь, он этого не сделает. Но на нем будет презерватив.
Массаж длится до тех пор, пока вся напряженность не исчезает, и я чувствую как состояние спины приближается к норме.
— Привет?
При звуке голоса Кэти, проникающего в комнату, мы оба вскидываем головы.
— Дерьмо! — ругается Джесси, вскакивая с меня. — Я забыл позвонить Кэти.
Он исчезает в гардеробной и появляется снова в джинсах и бледно-голубой футболке.
— Вставай. — Он хватает меня за талию и стаскивает с матраса. — Мне нужно тебя накормить.
— Я не голодна.
— Ты будешь есть. У тебя в желудке, должно быть, совершенно пусто после того, как ты выплеснула его содержимое на пол моего кабинета.
Я съеживаюсь.
— Извини. — Интересно, кто получил удовольствие убирать это? Надеюсь, Сара.
— Не извиняйся. Надень что-нибудь. Встретимся на кухне. — Он целомудренно целует меня и оставляет собираться.
Я двигаю плечами. Его волшебные руки, действительно, волшебные. Я чувствую себя намного лучше. Высушив волосы, натягиваю старые мягкие рваные джинсы и белую футболку большого размера, которая не будет слишком сильно облегать спину, а затем спускаюсь вниз.
— Доброе утро, Ава. — Кэти ласково улыбается, отрываясь от загрузки посудомоечной машины.
Я сажусь на стул рядом с Джесси, и он наклоняется вдохнуть запах моих свежевымытых волос.
— Привет, Кэти, как вы?
Я отталкиваю его, и он рычит на меня, прежде чем мазнуть арахисовым маслом мне по нижней губе. Я непроизвольно облизываюсь.