— Да, давно. — он нежно улыбается. — Он был большим другом Кармайкла.
— Сколько ему лет?
Он поднимает глаза и хмурится.
— Думаю, около пятидесяти.
— Ну, а сколько лет было Кармайклу?
— Когда он умер? Тридцать один.
— Такой молодой? — выпаливаю я. Мне представлялся загорелый, скользкий тип с длинными, седыми волосами.
Он смеется над моим ошеломленным лицом.
— Между моим отцом и Кармайклом разница в десять лет. Он был запоздалой идеей моих бабушки и дедушки.
— О, — я быстро подсчитываю в уме. — Значит, разница в возрасте между тобой и Кармайклом тоже десять лет.
— Он был больше похож на брата.
— Как он умер? — Наверное, сейчас я испытываю свою удачу, но я заинтригована. У меня начинает выстраиваться картина истории Джесси, и теперь я как собака с костью.
Печаль омывает лицо Джесси.
— В автомобильной аварии.
— О, — шепчу я, но затем меня осеняет осознание. Мой взгляд скользит вниз по его животу и задерживается на том месте, где, как я знаю, должен быть шрам. Джесси был в машине с Кармайклом. О Боже. Все те разы, когда я выпытывала у него и приставала по этому поводу, он говорил, что для него это слишком болезненная тема, и это действительно так. Пазл Джесси из миллиона кусочков начинает складываться воедино. Его мама и папа переехали в другую страну, он ехать отказался, потому что хотел остаться с дядей, который больше походил на брата — часть про распутный образ жизни я проигнорирую — а затем, три года спустя, он потерял Кармайкла в трагическом несчастном случае, который тоже нанес ему серьезные травмы. Неудивительно, что после этого он все глубже погружался в пучину алкоголя и секса. Теперь все обретает смысл. Я чувствую себя так, словно с моих плеч только что свалился огромный груз. Конечно, есть причина тому, почему он такой, какой есть.
— Не ходи на работу. — Он осторожно сажает меня к себе на колени и тычется носом в мой нос. — Останься дома и позволь мне любить тебя. Сегодня вечером я хочу пригласить тебя на ужин. Я должен уделить тебе немного особенного времени.
Я таю на нем всем телом. Новые знания в сочетании с его разумностью не позволяют мне ответить «нет».
— Завтра я возвращаюсь на работу, — говорю уверенно. Мне нужно разобраться с некоторыми серьезными проблемами. А именно… с Микаэлем Ван дер Хаусом. Даже представить себе не могу, что скажет Патрик.
— Хорошо. — Он закатывает глаза. — Ладно, я собираюсь на пробежку, чтобы немного облегчить давление, причиной которого стала моя вызывающая искусительница, а затем мы весь день будем обниматься, а вечером сходим куда-нибудь поужинать. Договорились?
— Договорились, но я оспариваю среднюю часть твоего заявления, списывая это на сбитого с толку бога.
Он одаривает меня улыбкой, предназначенной лишь мне, и осторожно опускается на кровать.
— Поцелуй меня, немедленно, — требует он, и я ныряю на него с благодарным поцелуем. Он открылся, и я чувствую себя намного лучше. Греясь на вновь появившемся седьмом небе под названием Джесси.
Глава 33
— Доброе утро, детка.
Я в тревоге широко открываю глаза. Доброе утро?
— Сейчас ведь не утро?
— Нет, сейчас пять часов. Ты проспала весь день. Как твоя спина?
Джесси ползет по кровати, совершенно голый, пока не оказывается вровень со мной. Я восторгаюсь каплями воды, мерцающими на его крепких плечах и груди. Он побрился. И пахнет божественно.
Я чуть ерзаю.
— Хорошо. — Не очень неприятно, но это не значит, что я хотела бы пройти через это снова. — Я ленивая задница, валяюсь в постели весь рабочий день. — Я поворачиваюсь к его груди и получаю порцию мятной свежести.
— Только подумай, если бы ты бросила работу, могла бы заниматься этим каждый день. Ну не идеально ли?
— Для тебя, — ворчу я. — Идеально для тебя, потому что ты все время будешь знать, где я.
Я прижимаюсь губами к его груди, размышляя о том, что он может запросто добиться своего. Я хорошо знаю Патрика, но не настолько, чтобы быть уверенной, что он даст Микаэлю от ворот поворот, когда я расскажу ему, что происходит.
— Вот именно. — Он запускает пальцы мне в волосы. — Ты могла бы работать со мной, и нам никогда не пришлось бы расставаться.
— Я бы тебе надоела.
— Это невозможно. Ты позволишь мне пригласить тебя на ужин?
— Или мы могли бы просто остаться здесь. — Я провожу рукой по его животу и шраму.
— Ничто не доставило бы мне большего удовольствия, но я хотел бы пригласить тебя куда-нибудь. Ты не возражаешь? — спрашивает он довольно разумно.