Повышение цен на нефть и золото позволило Максу полностью расконсервировать его небольшое «нефтяное» наследство в Техасе. Во многом это способствовало росту его личных доходов, дало возможность чувствовать себя несколько независимо от «кокаиновых» миллионов Карлоса.
Тем временем спрос на кокаин начал расти. К началу 80-х годов число наркоманов в Соединенных Штатах превысило уже 20 миллионов человек. Из них каждый четвертый, то есть более 5 миллионов человек, стал отдавать предпочтение кокаину. В этих условиях сицилийско-корсиканской мафии пришлось основательно потесниться, уступив в Калифорнии и других штатах восточного побережья место своим коллегам из Колумбии, Перу и других стран Латинской Америки.
Таким образом к началу 80-х годов «Кэпитал корпорейшн» накопила достаточный первоначальный фонд для того, чтобы приступить к своей цели — созданию собственной финансовой империи. Через пару лет под контроль корпорации перешло десять достаточно крупных компаний, несколько банков.
Затем вновь наступила полоса невезения. Сначала почти разорился один из банков, купленных корпорацией для «отмывки» «кокаиновых» денег, и пришлось потратить не один десяток миллионов, чтобы предотвратить его банкротство. Странные вещи стали происходить и с Карлосом. Так, не посоветовавшись с Ричем, он решил сделать небольшой бизнес, незаконно ввезя в одну из стран Латинской Америки сто испанских быков для корриды. Ему не удалось подкупить таможенников, и все быки были конфискованы. Макс стал замечать — его компаньон стал какой-то нервный, вспыльчивый — отсюда и все его неудачи. Именно поэтому, считал Макс, ФБР удалось не только перехватить год назад большую партию наркотиков, но и выйти на след Карлоса, сделать из него козла отпущения в докладе о контроле над наркотиками, подготовленном ФБР для конгресса. В результате конгресс вынес беспрецедентное решение — пообещал миллион долларов тому, кто выдаст Карлоса агентам ФБР.
Макс знал, что Карлосу это решение обойдется гораздо дороже. И действительно, когда ФБР потребовало выдачи в США его дружка Хорхе, тому пришлось выплатить одних только «гонораров» на сумму в 1,5 миллиона долларов боссам в министерстве юстиции и иностранных дел Колумбии в знак признательности за их «сотрудничество». То, что ему, Максу Ричу, удалось выйти сухим из этого переплета, было просто подарком судьбы. Но судьбу не следует испытывать слишком часто. Он настоял, чтобы Карлос пока не приезжал в Соединенные Штаты и только в экстренных случаях звонил ему по телефону. Поэтому, когда однажды утром месяц назад к нему в дом бесцеремонно вошли два помощника Карлоса и сообщили, что он должен срочно вылететь вместе с ними в Боготу, Макс был не на шутку взбешен и сначала хотел послать этих молодчиков ко всем чертям. Но, вероятно, дело было действительно срочным и важным. Ребята Карлоса спокойно сказали, что в противном случае они вынуждены будут применить силу, а в их умении это делать Макс не сомневался. Он уже видел ребят Карлоса в действии, и поэтому пришлось отменить все встречи и мероприятия, сесть в первый же самолет и направиться в эту дыру — Боготу.
Весь полет до столицы Колумбии Максу было немного не по себе, и он с облегчением вздохнул, когда огромный горбоносый «Боинг» чиркнул колесами о бетон посадочной полосы и, на несколько секунд отчаянно загудев двигателями, с тем чтобы умерить свой быстрый бег, плавно подкатил к зданию аэровокзала.
Макса и его сопровождающих встретили прямо у трапа самолета, минуя все таможенные формальности, посадили в «лендровер», и часа через два езды по пыльной, покрытой рытвинами дороге, по сравнению с которой дороги Нью-Йорка казались совершенством дорожного строительства, они въехали во владения Карлоса. По обочине дороги то здесь, то там виднелись группы вооруженных автоматами людей, почти через каждую милю машина замедляла скорость перед очередным опорным пунктом, обнесенным со всех сторон мешками с песком.
Перехватив удивленный взгляд Макса, один из его сопровождающих, огненно-рыжий парень в цветастой рубахе, сказал, улыбаясь и с трудом выговаривая английское твердое «т»:
— Правительство недавно решило обложить нас новым налогом — так мы хорошо приготовились к встрече налоговых инспекторов. Думаю, что они сюда вряд ли сунутся.
По обеим сторонам дороги видны были перепаханные поля.
— Это крестьяне освобождают поля от всякой ерунды, с тем чтобы заняться настоящим делом. — Рыжий, видно, взял на себя роль добровольного гида.